Откровения у костра. Эротические истории. Любимый Иркутск

– Для нее экзотики, – я показал взглядом ниже пояса друга, – и так выше крыши.

Федор больше таких экспериментов не проводил. Он полюбил Настю. Девушка тоже влюбилась в своего мужа. Позже у них родилось два сына. Супруги дружно катали коляски по красивым, нетронутым островкам тайги, которые мудрые строители и проектировщики оставили для горожан внутри микрорайонов в нашем молодом городе Усть-Илимске.

Многие девчонки завидовали Насте, какой заботливый и внимательный был у нее муж. Как он смотрел на супругу…

Глаза его светились божественным светом.

Сыночки-двойняшки на его руках резвились и звонко хохотали. Такая сказочная дружная семья. Какие чистые и трепетные отношения.

«Только усть-илимские Ромео и Джульетта, радостные и счастливые, не думали о смерти», – хотел было написать я.

Нет, о приближающейся смерти думал Федор. Когда он ночью внезапно просыпался, то любовался спящей прекрасной Настей, его женой, и с горечью думал, что вот уже скоро он покинет этот мир. Настя останется одна воспитывать двоих озорных сыновей.

Он целовал свою красавицу, потом молча, стиснув зубы, плакал. За что ему участь такая, за что?

Федя забыл всех своих поклонниц. Настя тоже была преданной и верной своему еще недавнему земному воплощению Дон Жуана и Джакомо Джироламо Казановы. Наверное, Настя своей любовью и спасла Федора от смерти, предсказанной экстрасенсом-волшебником.

Верность – лучшее качество Донжуана

Не сразу выветривались из головы, вернее из обеих (верхней и нижней), мысли о сексе на стороне.

До смерти, предсказанной экстрасенсом, осталось два дня. Федор приехал в Иркутск, чтобы встретить самолет из Москвы. Его шеф Иван Михайлович возвращался из командировки.

«Встречу Говорунова, привезу его в Усть-Илимск и помру. Забегу-ка я напоследок к Татьяне Голубевой. Не видел ее уже давненько, попрощаюсь. Больше ведь не придется встретиться. Разве что на том свете», – подумал Федор.

Машина до утра осталась на стоянке в аэропорту.

Федя с бутылкой сухого вина уже поднимается на пятый этаж панельного дома в микрорайоне «Солнечный», что на берегу иркутского водохранилища. Вот она, дверь некогда любимой девушки. Она, наверное, по-прежнему одинока. Ее дочка Леночка – точная копия мамы, только в уменьшенном масштабе, уже подросла, наверное.

Динь-динь. Это тот, прежний, до боли знакомый Федору дверной звонок. Дверь открывает Татьяна. Она, как и раньше, в халатике, надетом на голое тело.