Оправа для бриллианта, или Пять дней в Париже. Книга вторая

– Например?

– Да всякую ерунду, ничего такого – из ряда вон. Вполне банальные вещи. Якобы он играл роль глаза у статуи Брахмы, которая, в свою очередь, стояла в храме на острове.

– А где этот остров?

– Якобы на реке Кавери, на юге Индии.

– Напоминает «Замок на острове», правда?

– Да, пожалуй.

– Мне кажется, это придает истории шарм и романтичность.

– С точки зрения европейца – да. Из чего сразу видно, что именно европейцы и придумали эту байку.

На лице Сержа играла усмешка.

– Ну, и дальше, – продолжил он, – в том же духе: будто бы некий французский солдат, втершийся в доверие к служителям храма, украл алмаз – разумеется, ночью – как же иначе? И так далее.

В общем, вполне тривиальные выдумки.

– А откуда в Индии взялся французский солдат? Она же принадлежала англичанам.

– У Франции тоже были в Индии свои колонии, кстати, как и у Португалии. Но львиная доля, конечно, досталась англичанам. Правда, поначалу Индией еще управляла не Корона, а британская Ост-Индская Компания.

Именно она, кстати, и поднесла королеве Виктории «Кох-и-Нур», после чего камень и запороли.

Серж вздохнул, а затем вновь махнул рукой, словно отгоняя воспоминания. Дождь за окнами явно кончался – это было несомненно.

– Но ведь Виктория жила в 19 веке, – заметила Аня. – А Шах-Джехан жил когда?

– В 17 веке.

– Где же камень был все это время?

– До 1739 года он оставался в Индии.

– Такая точность? А что случилось в 1739?

– В 1739 владыка Персии Надир Шах Афшар захватил Дели, куда к тому времени Великие Моголы перенесли свою столицу из Агры.

Он разграбил город и устроил резню.

– Господи, зачем?

– Затем что жители города подняли против него восстание, и это его взбесило. Ну, и понятно, что все драгоценности Моголов, в том числе Павлиний трон со всеми его алмазами, рубинами, сапфирами, и прочие камни – совершенно потрясающая коллекция, которую собрал, в основном, Шах Джехан, – все это он вывез к себе в Персию.

– То есть, Иран?

– Ну да.

Серж сглотнул, словно у него внезапно пересохло во рту.

В тоне его прозвучало такое сожаление, что можно было подумать, будто это была его собственная коллекция.

– Кстати, – уже совершенно обычным тоном сказал он, – с Надир Шахом, а точнее, с его приходом к власти связана одна прелюбопытная история, которую я хотел бы вам поведать. Но сейчас на это нет времени – мы и так слишком ушли в сторону, так что вернемся к ней позже, идет?

– Идет, – согласилась Аня.