Петра. Часть I

Иначе наша квартира давно бы превратилась в непроходимые джунгли, – заметил жене Олег.

– Кто бы говорил. Скоро полки начнут рушиться от коллекции твоих вождей, – парировала Мария. – Пыль, кстати, с голов твоих гипсово-металлических друзей снимаем мы с дочкой.

Олег с нескрываемым удовольствием смотрел на жену.

– Смотри, будешь обижать мои цветы, мы однажды забудем это сделать, – улыбаясь, добавила она. – И согнут они свои всемогущие головы под гнетом пыли вековой.

– Убедила! Беру свои слова обратно. Хочешь, я освежу твою ламинарию? – смеясь, предложил Олег Петрович, потянувшись за опрыскивателем.

– Это не ламинария, – перехватила пульверизатор и, хохоча, направила на него Мария Андреевна.

Увернувшись от острых струек воды, Олег Петрович обнял и поцеловал жену в висок.

Петра, с нежностью смотрела на родителей, слушая их разговор. К пятнадцати годам, как водится за одно лето, Петра из угловатого подростка превратилась в стройную, узкокостную красавицу с шикарной каштановой косой.

Шоколадного цвета глаза под пушистыми ресницами, великолепная осанка, длинные ноги и появившиеся за лето в нужных местах округлости, превратили ее в объект постоянного внимания со стороны сверстников. Но поведение мальчиков всегда проходило через призму родительских отношений, где уважение и поддержка стояли на первом месте.

Иногда отец и мама ей напоминали старшего брата и сестру, которую он нежно любит, а она с благодарностью принимает эту любовь.

«Может, так и должно быть в браке, – рассуждала пятнадцатилетняя Петра.

 – Ведь страсть, как говорит бабушка, удел первых пяти лет и вообще, продукт скоропортящийся. На смену страсти, если это настоящие отношения, приходит любовь, которая держится на трех китах: уважение, поддержка во всем и влечение друг к другу».

Петра вышла из библиотеки и встала на высокий балконный порожек.

– Привет, мама и папа. Как же приятно видеть вас дома вместе. А где бабуля?

– Доченька, привет, – дружно ответили родители.

Отец подошел к Петре и, чмокнув в щеку, сообщил:

– У бабушки закончились ее цветные ниточки.

– Мулине, – подсказала мама.

– Да. И она поехала в свой любимый магазин на Покровке. Велела тебе напомнить, что сегодня вы идете на принца Датского, – сказал Олег Петрович, заправляя за ухо дочери такую же как у мамы, волнистую прядь волос.

– А-а-а, точно, блин, сегодня же – «Гамлет» с Высоцким! – хлопнув себя по лбу, воскликнула Петра. – С этой школой я все забыла.