Разочарования Клары Бабосюк

Пристыженная Маша садится на место, всё ещё воображая себя бедной Кларой… Клара – интересное имя, таинственное. Что, если я стану Кларой, Кларой, э-э-э, Бабочкиной? Нет, не звучит. Если имя менять, то нужно и национальность тоже, так интереснее. Зачем далеко за примером ездить? Буду Клара Бабосюк! Да. Правильно. Очень хорошо. По-моему, звучит. Проверим сейчас на звучность, используем имя в предложении, – подлежащее, там, сказуемое, – например, так: «Старший кладовщик Бабосюк, срочно зайдите на седьмой участок»! Прекрасно! Старший кладовщик, вялый, сонный, безучастный, неожиданно бодро вскакивает на зов и резво бежит на седьмой участок.

Или этак, учитывая смену национальности: «Моцарт. Концерт для кларнета з оркестром. Партiю кларнета виконуе заслужений музпрацiвник Украiни Клара Бабосюк». Вырезка из киевской утренней газеты: «Вчора на концертi в фiлармонii кларнетiстка Бабосюк заслужено зiрвала бурхливi, тривалi оплески, що переходили в овацiю». Бесподобно!

То есть, сорок пять минут назад в класс вошла робкая и задумчивая ученица Маша Смирнова, а на перемену уже выскочила уверенная и прыткая, но всё такая же задумчивая Клара Ивановна Бабосюк.

Отчество Клара решила оставить как есть, папу ей обижать не хотелось.

Разочарование Третье

Папа ушёл от Клары с мамой пятнадцать лет назад. Ушёл вероломно, ушёл внезапно, ушёл по англо-французски, то есть, французы утверждают, что смыться, не сказав прощай – это чисто английская черта; возмущённые англичане такую мысль гневно опровергают и утверждают как раз обратное.

Отчего мужчины непредвиденно уходят от семьи? По разным, думается, поводам – незаслуженный упрёк, мимолётная обида, язвительная насмешка, отсутствие должного внимания и участия, нахально переключенный канал телевизора в самый разгар футбольного матча, позавчерашний салат с пережаренной глазуньей, небрежно, второпях поданные на завтрак, или, – о, ужас! страшно сказать – другая женщина… Но давайте лучше обратимся к первоисточнику, выслушаем потерпевших – что они пятнадцать лет назад себе думали и как собирались дальше жить.

Если углубиться в не очень далёкое прошлое и перелистать назад страницы скупых метеосводок, то можно выяснить, что в тот памятный день было безобразно солнечно, отвратительно сухо, бессмысленно тепло и удручающе безветренно. Гораздо удобней и естественней было бы, если в тот памятный день шёл бы дождь, дул пронизывающий, например, ветер – буря мглою крыла небо, и прохожие словом крыли бурю.