Петра. Часть II

– Я – Антонио, – протянул он ей руку, после того, как по-свойски обнял Дениса.

– Бонджорно, – неожиданно красивым, бархатным голосом приветствовал волосатый.

Он тоже обнял Дениса, но на Петру почти не обратил внимания. Только слегка кивнул ей, представившись Джанни.

В машине – немалых размеров английском Land Rover – по дороге в город Монреале все, кроме Петры, оживленно говорили на итальянском. Денис учил этот язык уже несколько лет, и хвастал Петре, что годы учебы не прошли даром – итальянский, наконец, подчинился ему.

Петра понимала лишь отдельные слова и простейшие фразы.

Она покрутила в руках буклет отеля. Денис снова выбрал самый лучший номер. Фото впечатляли огромными размерами люкса и королевской кроватью под балдахином.

Путь до отеля предполагался недолгим. Десять минут – значилось в буклете и, Петра, перестав прислушиваться к итальянской речи, начала рассматривать живописные виды знаменитого итальянского острова. За тонированными стеклами мелькали красивые большие дома, вперемежку с простыми, старыми домиками, богатые южные виноградники и рощи оливковых деревьев.

Когда они въехали в город, Петра засомневалась, что на этой машине они смогут втиснуться даже в самую широкую улицу. По ним, похоже, и на маленьком авто не развернуться. Но Джанни рулил искусно.

Петра посмотрела вперед, и неожиданно наткнулась на взгляд черных глаз, которые уставились на нее в зеркало заднего вида. Петре не было видно лица, только глаза, но она готова была поспорить на что угодно – волосатый улыбается.

Пока она пыталась понять, что его рассмешило, они уже подъехали к отелю.

Светловолосый Антонио подал ей руку. Петра взглянула на Джанни, желая проверить свои мысли, но он будто специально поворачивался к ней спиной, доставая чемоданы.

Петра зашла в номер первой, сразу подошла к окну, и взглянула вниз.

Мужчины курили возле машины. Джанни прислонился к передней дверце, поставив каблук лакированной туфли на подножку машины. Руки – в карманах брюк, взгляд черных глаз устремлен вниз.

Антонио что-то говорил, выразительно жестикулируя. Петра открыла окно и прислушалась. Высоко. Невозможно разобрать ни слова, да и познаний в этом мелодичном языке у нее явно не достаточно.

Петра уже прикрыла раму и хотела опустить штору, как снова, также неожиданно, поймала черноглазый взгляд Джанни. Почти не изменив положения головы, он смотрел на Петру.

Теперь он не улыбался. Петра встретила холодный, жесткий взгляд.