Послесказие. Сборник

Больно Беляшу было не только от того, что волею этой тупой п..ды его просто вывели из игры.

Больно было от светлых воспоминаний. Ведь когда-то Сашка её любил. И где-то в глубине его души хранились радужные картинки о малом времени, проведённом с Лизкой. Но теперь на белоснежную простынь этих сладких меморий словно бы выплеснули ушат помоев.

И вот этого Беляш Лизке простить уже не мог.

Должок из прошлого

– Мишаня, братан, ты ведь знаешь, где она живёт? – спросил Беляш.

– Да что ж не знать. Соседка моя, – ответил Михаил.

 – Скоро её башенку проезжать будем.

– Отвези меня к ней, – потребовал Беляш.

– Нет, братан, – покачал головой Михаил. – В это я, извини, не впутываюсь.

– Да просто отвези, позвони ей, скажи: «То-сё, хозяйка, на тебе гостинчик».

– Нет, Саня.

– Почему нет-то? Впадляк братана уважить?

– Я не о том. Ты ведь, Саня, мужик не просто крутой. Ты – мужик лютый. Ты её вальнёшь.

– Я?!! – засмеялся комок теста.

– Ты, конечно.

– Как?

– Ты сможешь. И знать не хочу, как именно.

– Ты прав, – признал Беляш.

– Ну вот видишь. И я не хочу, чтобы меня как-то с этим связывали.

– Я тебя прекрасно понимаю, братан, – сказал криминальный авторитет. – Но должок за тобой.

– Это какой?

Беляш напомнил.

О чём напомнил Беляш

Речь шла о мутной и не очень интересной схеме с использованием фирм-однодневок, подставных счетов и неучтённого товара. Действительно, в 1993 году будущий без пяти минут фигурант престижного списка схитрил при делёжке.

Схитрил незначительно, на 8 тысяч долларов. Заполировал хитрость путаной отчётностью с участием подставных лиц.

Экономя читательское время и памятуя, что не всем читателям любы описания сложных финансовых хитросплетений, не будем вдаваться не то что в подробности, но даже в суть дела.

Случай настал

– И ты всё время это знал? – спросил Михаил.

– Конечно, – ответило кулинарное изделие.

– А почему молчал?

– А чтобы напомнить при случае.

– И вот случай настал?

– Да, братан.

– Ладно, – вздохнул миллиардер Потапченко. – Вот мы как сделаем. Я тебя подвезу к её забору. Там с фасада – литая ограда. Человек не пройдёт, а ты…

Потапченко замялся.

– Да ладно, сопли не жуй.

– А ты пройдёшь, братан. А дальше пиз..й к особняку. Уже сам там прорывайся.

Удачи, братан!

У ворот особняка попрощались.

– До свидания, братан! – сказал Беляш, с неожиданным проворством выпрыгивая из салона. – Спасибо тебе! Свидимся.