Перекресток

Спустя три дня соты начали посылать пакетные импульсы. Куда? Это якобы так и не удалось установить. Спасатели срочно поднялись, а в систему вошел тяжелый крейсер. У местного солнышка стало одной планетой меньше.

– Мист'р, а мист'р, не желаете перекинуться в покер? – Классический фермерский говорок, красная сухая рожа, прозрачные глазки, ворот клетчатой рубахи стянут кожаным шнуром, закрепленным огромным платиновым зажимом в виде скорпиона. К вечеру зажим переходит ко мне, и мы расстаемся страшно довольные друг другом.

Всю эту историю я знал и раньше, в тонкостях можно будет разобраться на месте. Сейчас интереснее другое – нынешняя расстановка сил на Перекрестке. Федерацию часто ругают за аморфность и нерешительность, но когда надо, власти могут проявить и решительность, и твердость. И, что случается крайне редко, разум.

Перекресток объявили свободной экстерриториальной зоной. Пригнали в систему транспортно-пассажирскую станцию класса «Ковчег», где и устроили фильтрационный лагерь, а на орбите Перекрестка повесили военную базу класса «Ураган».

На самом Перекрестке категорически запрещено тяжелое вооружение. Максимум – то, что можно навесить на транспортный симбот. Во всем остальном действуют старые добрые земные законы времен золотой лихорадки. Прилететь и высадиться может любой желающий, но что толку? Кому ты нужен без симбота и навыков, которые сделают тебя ценным для экспедиций?

И само собой получилось, что Перекресток делят между собой несколько основных сил. Первыми поняли необходимость объединения крупные корпорации.

Так возник Промышленный Альянс. Судя по тому, что я слышал, туда вербуют ушлых парней, прошедших основательную подготовку в лагерях компаний. Им промывают мозги так, что отныне для них существуют только интересы компании, все остальные – лишь временные союзники. Своеобразная, должно быть, там царит атмосферка. К этим мне соваться не стоит.

– Вы так увлечены чтением? Неужели Перекресток настолько интересен?

Гладкая кожа, легкий загар, полученный в солярии, карие глаза, которые могли бы показаться теплыми, если бы не искорки холодного оценивающего интереса, проскальзывающие в томном взоре.

Чуть за тридцать, хорошо сложена и осознает это. Откровенно скучает. Это может быть опасным, если муж (колечко с безымянного пальца левой руки она снять не удосуживается) на борту или встречает на Перекрестке.

Оказывается – нет.

Ночью, лежа в каюте, я гляжу в потолок и рассеянно поглаживаю гладкое бедро попутчицы.