Искатели миров

– Огерд вздохнул, но подчинился, требование невидимого хозяина было вполне логичным.

Почувствовав знакомое покалывание, словно миллионы маленьких ледяных иголок слегка укололи кожу, Огерд бросил взгляд на свои руки – киб-броня превратилась в подобие стандартной армейской униформы. Пропал привычный во время операций маркер, сигналивший в уголке левого глаза. Симбионт выполнил команду, и теперь для возврата в полностью боеспособное состояние Огерду требовалось несколько секунд. Вполне достаточно для любой киб-системы или просто шустрого малого с хорошей пушкой.

«Но, что поделать, – вздохнул он про себя, – законы гостеприимства».

Аккуратно поставив винтовки в угол камеры, они подошли к двери, ведущей в помещение. С тихим шорохом запорная плита пошла вверх, и Ян, а за ним и Огерд шагнули через порог.

За порогом обнаружилась самая что ни на есть обыкновенная прихожая. Не слишком чистая, с выцветшими пластиковыми обоями, некогда прикидывавшимися гобеленом, облезлым диваном и не менее облезлыми креслами, сгрудившимися вокруг маленького столика с захватанной стеклянной столешницей в углу и люстрой, в которой горела лишь одна, немыслимо древняя лампочка.

Огерд с любопытством посмотрел на раритет, прикидывая, стилизация это или действительно осколок Первоземли?

– Люстра настоящая, – прошелестел чей-то голос, и Огерд едва не вздрогнул. Хорош, нечего сказать! Упустить постороннего в оперативном объеме!

Впрочем, честно признал Огерд, пропустил он обладателя голоса, поскольку подсознательно отдал роль ведущего Яну.

«Хотя оправданием служить это не могло», – тут же одернул он сам себя.

Обладатель голоска казался таким же выцветшим, как пластиковые обои. И каким-то липким, словно стойка дешевого бара в предутренние часы. Маленький, неопределенного возраста, черты лица будто плывут, не задерживаясь в памяти.

– А теперь, когда твой друг вдоволь насмотрелся на люстру, скажи мне, Ян. Зачем ты явился?

Ян стоял, легонько притопывая носком ботинка, на хозяина дома старался не смотреть.

– Томаш, нам надо выбраться с планеты. Причем тихо.

Томаш вздохнул и обвел тоскливым взглядом своих гостей:

– А может, мне просто грохнуть вас? Вот прямо сейчас? А потом отмыть прихожую и сделать вид, что ничего не было?

Бесполый голос Томаша не выражал никаких эмоций, и от этого было особенно жутко. Внутренне напрягшись, Огерд решил, что в случае чего толкнет Яна на липкого Томаша, а сам нырнет под лестницу.