Гламур спасёт мир

Каково, а?

Не знаю кому как, ну, кто и как к этому относится, но для меня писать изложение собой же написанного, да еще чтобы редактору этот самый синопсис «улыбнулся», проще еще страниц четыреста написать. О чем писать? Во проблема! «Пассажиров» столько, что за всеми не уследишь. И все придурошные, любого цепляй!

Синопсис на «Колобка» я писал приблизительно с неделю, чуть с ума не сошел. Даже мысль проскакивала: «А может ну её все куда подальше, может в моря сходить? Глядишь, отпустит».

Это я так.

Разумеется ни в какие моря я бы не пошел, потому что синопсис надо было писать, а кроме меня, написать его некому. Написал, куда ж деваться, но легче не стало.

Сейчас еще одна книжка лежит, ждет когда я синопсис, будь он неладен, напишу. Это как раз та, где Никита Сергеевич в космос полетел (нормально слетал, все путем). Она, книжка эта, раза в полтора побольше «Колобка» будет, а листов то, под синопсис, тоже, четыре, ну максимум, пять. И что делать, не знаете? Вот и я не знаю, писать то синопсис этот надо, никуда не денешься.

Иначе персонажи меня всего изнутри сожрут и не подавятся. И это еще не все.

Еще одна книжка, так сказать, в процессе, приблизительно треть написана. Ей тоже в перспективе синопсис подавай. И еще одна, не начатая, но до ужаса наглая, – ни стыда, ни совести! Уже орёт благим матом, мол, давай, меня пиши, хорош ерундой заниматься. И она, придет время, синопсис потребует. Это все без учёта «гостей-пассажиров». Тех вообще просчитать невозможно.

Единственное, что о них известно, – все они наглые, скандальные и беспардонные. Вот тебе и пенсия, вот тебе и заслуженный отдых.

Единственное, на сегодняшний день утешение, так этот сборник рассказов и то, только потому, что на него синопсис писать не надо.

Рассказы, они как зайцы-безбилетники, хоть и появляются всегда неожиданно, как этот, например, зато всегда практически в готовом виде. Всего делов-то, в кучу их согнать и никакого тебе, вернее им, синопсиса не требуется.

Подозреваю, что они, раз уж зайцы-безбилетники, то и в жизни своей, – троечники и хулиганы, и слова такого, как синопсис, отродясь не слышали.

***

Но дело тут не в книжках и не в рассказах, а в справедливости. Ведь она, справедливость, очень любит, когда установлена, причем, неважно кем. Мне все этот синопсис, будь он неладен, покоя не дает.

Отменить его вряд ли кто отменит, не для того придумывался.