Мы будем на этой войне. Не родная кровь

Им, бывшим операм, это не составило никакого труда.

Пока не начался весь этот бардак, они работали в службе безопасности у своего нынешнего заказчика, на то время являвшегося их работодателем. Всё изменилось, фирма приказала долго жить, парни остались не у дел. А у всех семьи. Тут на их удачу дал знать о себе шеф. Проблема, мол. Надо встретиться.

Как бывшие опера предполагали, так и получилось: объект появился на пару часов раньше. Не торопясь зашёл во двор, постоял, зыркая по сторонам, затем пошёл в подворотню.

– Он? – спросил один у старшего.

– Чё ты спрашиваешь, видел же фотки у них дома и на работе в личном деле, – проворчал тот.

– На всякий случай. Ты у нас старший, вот и советуюсь, – заёрничал сдержанно напарник.

– Хорош умничать, – осадил его главный. – Действуем по плану.

Первым вышел тот, что ёрничал. Вида он был совсем обычного. Таких в последнее время в городе полно: нахохлившиеся, в тёмной невзрачной одежде, куда-то идущие, не зевающие обывательски по сторонам, лишь бросающие быстрые колючие взгляды.

Опер прошёл не спеша через неширокий пустынный двор и направился к подворотне, ведущей на улицу, ещё не так давно запруженную постоянными автомобильными пробками, сейчас же свободную и непривычно широкую.

Он прошёл мимо Ивана, покосившись на того настороженно, как сделал бы это любой, встретивший незнакомца в не самом приятном месте.

Никитин тоже проводил его внимательным взглядом, не почувствовав никакой опасности.

Минут через десять из подъезда вышёл второй, направляясь тем же путём, что и первый.

Иван, не обладая нужными в такой ситуации знаниями, сам загнал себя в ловушку, ещё не догадываясь о том, что та захлопнулась.

Второй зашёл в подворотню и, слегка замедлив шаг, спросил у Никитина:

– Закурить будет?

– Самого бы кто уго…

Договорить он не успел. Незнакомец рванулся к нему, снёс с ног и заорал:

– Мордой вниз, сучара!!! Руки за спину!!!

Ошеломлённый Иван даже не пытался оказать сопротивления навалившимся крепким и решительно действующим мужикам.

Знакомо щёлкнули на запястьях наручники.

«Вот и всё…», – только и успел подумать он отрешённо.

Его продолжали держать на асфальте, замотав скотчем щиколотки и руки, сведя за спиной локти. Из такого положения не всякий йог выпутается. Чего уж там говорить об обычном человеке.

Тем временем третий подогнал машину.