Сквозь Время

Иван скользнул под бетонную плиту, едва уместившись в узкой щели. Сферу пришлось снять.

Машины пробарражировали на небольшой высоте, подняли завихрения пыли, мигнули бортовыми огнями взобравшимся на кручу солдатам и скрылись из пределов видимости капитана. Солдаты помахали уходящим машинам в ответ и начали спускаться.

Они прошли мимо забившегося в щель капитана. А он лежал на спине, чувствовал заросшей трёхдневной щетиной щекой холод плиты и видел запылённые берцы спускающихся врагов. Прошло семь пар, значит, трое остались наверху, удерживая господствующую высоту.

В такой неудобной позе он пролежал весь день, попеременно напрягая и расслабляя группы мышц, чтобы тело окончательно не затекло.

Наконец, к вечеру оставшаяся троица начала спуск. Двое прошли, не задерживаясь возле укрытия Беса, а третий вдруг повёл носом и остановился.

Капитан нахмурился:

«Ну и чего ты тут учуял?»

Неожиданно китаец с чувством чихнул.

«Чтоб ты сдох!», – пожелал ему Иван.

Солдат чихнул ещё раз.

«Во, точно сдохнешь!», – удовлетворенно подумал капитан.

Китаец шумно высморкался, большие зелёные сопли щедро полетели в пыль.

«Фу, как некультурно», – усмехнулся Бес.

Солдат постоял, подумал, встал на кусок кирпичной кладки, торчащей из кучи, расстегнул ширинку, сосредоточился и, как с трамплина, с чувством облегчения на лице, стал поливать пыльный склон, вращая тазом, высоко посылая струю.

«В пасть себе нассы и пополощи, чтоб не воняло», – сделал ему мысленный посыл Бес.

Не подействовало.

Китаец на мгновение замер и со значительным выражением лица громко спортил воздух.

«Ба! Экий ты у нас важный, никак целым отделением командуешь, вон какое лицо партсекретаря ваших долбаных ячеек, – вновь усмехнулся капитан. – Давай уже двигай, а то заблудишься, возись потом с тобой!»

Сделав своё дело, солдат ушёл.

«И чего только не увидишь, отдыхая вот так в теньке, – размышлял Иван. – С кем приходится воевать, даже как-то неловко, право слово».

Дождавшись темноты, он покинул ставшее ненавистным укрытие.

Некоторое время разминал тело, придавая ему подвижность и гибкость. Затем долго рассматривал в бинокль, подключив прибор ночного видения, окрестности, пытаясь установить местоположение прошедшего днём врага. Сделать это не удалось, то ли далеко ушли, то ли укрылись за каким-нибудь строением.

Наметив маршрут, капитан начал движение.

В этот раз часовой заметил его раньше.

– Стой! Кто идёт? – крикнул он в темноту.