Чистовик

Господин полицейский с очень польским именем и фамилией выглядел соответственно – будто пан с каких-нибудь старых карикатур или иллюстраций. Крепенький, с животиком, с пышными усами, коротконогий.

Но при этом мчащийся вслед за мной в знакомой «механической» манере полицейских-функционалов.

Я кинулся наутек. Полетела в пыль недокуренная сигарета, ветер перестал казаться прохладным, стал горячим. Дурак… идиот… расслабился…

– Эй! Эй, парень!

Голос вроде как доносился издали. Я оглянулся на бегу – и остановился.

Пан Кшиштоф Пшебижинский стоял посреди дороги, будто налетел с размаху на невидимую стенку.

Ага.

Я усмехнулся и вразвалочку пошел назад. Остановился метрах в двадцати от полицая. Пан Кшиштоф мрачно расхаживал вправо-влево, будто голодный тигр у решетки в зоопарке.

Решетка и впрямь была, только невидимая. Точнее, не веревка, а «поводок». Проклятие любого функционала.

– Далеко от функции? – спросил я любезно.

– Одиннадцать километров и шестьсот двадцать метров, – мрачно ответил Кшиштоф.

– Бывает, – кивнул я. – Ты что-то хотел спросить?

– Подойди поближе, – попросил полицай.

В ответ я обидно рассмеялся. Достал и закурил новую сигарету.

– Слушай, парень… как там тебя…

– Кирилл.

– Тебя ж все равно поймают! – Пан Кшиштоф похлопал себя по карманам. – Эй… сигареты не будет?

Я достал из пачки половину оставшихся сигарет, переложил в карман. В пачку запихнул подобранный с земли камешек – и бросил полицаю.

– Какое оскорбительное недоверие! – воскликнул Кшиштоф.

– Стыдно? – заинтересовался я.

Кшиштоф вздохнул, сел на корточки. Закурил. Горько произнес:

– Нет, ну ведь все равно тебя поймают… Такое учудить… никуда теперь не денешься. Против своих же братьев пошел!

– Да что ты несешь! – не выдержал я. Тоже присел. – Вы все – пешки! Вами управляют из другого мира.

– Из какого?

– Земля-один, Аркан. Они ставят на других мирах социальные эксперименты!

– Слушай, а я и не знал. – Кшиштоф нахмурился. – Может, пойдем назад, в ресторан? Посидим, расскажешь мне все.

То ли я от природы наивен, то ли у полицейских есть дар убеждать – но несколько секунд я всерьез рассматривал эту мысль.

Лишь потом рассмеялся:

– Про славянское единство – ну, это перебор!

– Верно, – с досадой согласился Кшиштоф. – Но я подумал, вдруг прокатит?

Некоторое время мы курили, сидя друг напротив друга.