Искатели неба: Холодные берега. Близится утро

– А как же дозоры? Нас со всеми документами едва пропустили…

– Брат Рууд, если дать две-три монеты любому крестьянину – такими тропками проведет, что ни одного стражника не встретим.

– Это воровские повадки.

– Конечно. Только, может, стоило их вспомнить, ради святого-то дела?

Священник задумался. Приятно было увидеть, что и я способен поучить его уму-разуму.

– В чем-то ты прав, Ильмар. Но заставу мы проехали. Пока сообщат дозорные начальству, пока старшие офицеры к епископу обратятся, пока раздумывать будут – чисто дело или нет, – мы уже в Риме окажемся.

Лошади и впрямь несли карету во весь опор. Может, на таких рысях, с частой сменой, да по хорошим дорогам, и впрямь дней за пять до Рима доберемся – даже и через Брюссель?

– Я бы все равно предпочел внимания на себя не обращать…

Брат Рууд усмехнулся. К нему вновь вернулась уверенность.

– Не бери в голову лишнего, брат. Доедем.

Он разулся, прилег на диван, полог матерчатый, что от падения удерживает, на себя набросил, закрепил.

– Лучше ложись спать. Пока дорога гладкая, отдохнуть надо.

Эх, святой паладин! Уж не сан ли новый тебя ума лишает?

Путешествовать с комфортом – искушение большое, особенно если после долгих лет аскетизма в том греха нет…

Но этого я, конечно, вслух не сказал. Лег, полог над собой пристегнул. Только и промолвил:

– А ведь солдат ты не испугался, святой брат… Ты кого-то другого боишься.

Брат Рууд не ответил. Лишь на миг с дыхания сбился.

Я немного подумал, не стоит ли теперь, став миссионером, какие-то особые молитвы Сестре возносить.

На коленях или еще как. Но брат Рууд ничем подобным себя не утруждал, и я тоже решил не дергаться.

На хорошей дороге, да в карете с упругими рессорами, полеживая на диване, – сон не хуже, чем в гостинице. Привык я к толчкам и покачиваниям, перестал их замечать. Один только раз, под утро, проснулся – когда карета остановилась. Выглянул – возницы отлить слезли. Последовал я их примеру, постоял потом у кареты, в звездное небо глядя.

Холодно, но хоть дождя нет, тучи почти разошлись. Тянуло откуда-то сыростью, видно, вдоль реки или канала едем.

– Пора в путь, святой брат.

Хорошие возницы. Молчаливые, нелюбопытные. И крепкие, не зря за поясами мечи носят. Видно, глупости я Рууду говорил, одиноких путников больше бед подстерегает. Наткнулись бы на банду душегубцев, что делать?

Забрался я обратно в карету. Святой паладин вроде и не шевельнулся, но глаза чуть приоткрыл. Бдит.