Семь корон зверя

– А при том! При том, что если хочешь знать, то мы все здесь леди – и я, и Лерка, и, уж конечно, Ирена. – Тата помолчала с секунду и добавила: – И ты будешь, если захочешь, так что не о чем здесь говорить.

– Кем буду? – совершенно уже обалдело спросила Рита.

– Ты совсем отупела или голову морочишь? – надвинулась на нее Тата.

Возможно, мир в кухонных границах был бы нарушен, если бы не выступившая под белым флагом Лера:

– Погоди, Татка, дай я объясню толком. Ты сейчас можешь сказать лишнее и ненужное.

– Я слушаю, – пролепетала Рита и замерла в морозном ожидании.

– Ты запомни накрепко главное – у нас в общине по личным и интимным вопросам полная свобода. Никто никого не заставляет и не принуждает, но и не навязывается… – Лера выдержала многозначительную паузу, чтобы придать вес последним своим словам. – И у нас не принято лезть в чужой огород и делать братьям, а особенно сестрам, гадости.

– А как же хозяин? – попыталась вернуться к главной волновавшей ее теме Ритка.

– Об этом я с тобой и говорю. Если тебя угораздило влюбиться в Яна, а ты ему тоже симпатична, я же вижу, то вряд ли будут какие-нибудь препятствия, если вы вдруг захотите заняться друг с другом любовью. Тебе достаточно только намекнуть, что ты не против.

– Что, так просто?

– Лечь к нему в постель? Да, просто. Совсем не просто задержаться в ней надолго.

– Откуда ты знаешь? – Рита не ждала откровенного ответа, она и так уже все поняла, но Лера и не подумала уклоняться.

– Пока что это никому не удалось. Ни мне, ни Тате, ни даже, представь, Ирене. Хотя нашу мадам попутным ветром иногда и теперь заносит в хозяйские объятия, но это уже чистая физиология. – Лера усмехнулась, но не то чтобы весело. – Да-да, не одна ты, все мы сохли по хозяину. В свое время. Пока не поняли, глупые, что Ян никому из нас не по зубам.

– Может, мои зубы покрепче ваших будут! – с вызовом бросила ей Ритка, которую как кнут ожгла неведомо откуда взявшаяся ревность.

– Давай, мотылек, дерзай. Смотри не опали крылышки, – только и ответила ей Лера, беззлобно и немножко печально.

И Рита решила непременно дерзнуть. Начать сегодня же, сейчас же. Она бросилась вон из кухни, подальше от варений и кулинарных ароматов, оставив подруг в недоумении от своего стремительного порыва.