Мирянин

Что вот теперь, когда я рассказывал, отвлекаясь во времени на наши нехитрые истории, передо мной маячило все еще испуганное лицо девушки Вики. Которая сейчас чистосердечно созналась мне, что видела убийцу моего дорогого Ники. И мне смертельно необходимо было вытрясти из нее все, что ей, Виктории Чумаченко, известно об этом деле.

Глава 5

Туман все тает, а ясности все нет

Возле бассейна уже сновали первые ласточки-постояльцы, да и нам пора было двигать на завтрак, особенно если мы желали сохранить нашу «встречу на Эльбе» втайне.

Значит, времени у меня оставалось в обрез, и откладывать допрос Вики мне не хотелось. Ведь стоит только человеку, тем более испуганному не на шутку, разговориться, так он выложит даже то, о чем желал бы умолчать непременно, а упустишь момент, потом не вытянешь и клещами даже слова. И я, действуя более по наитию, за неимением опыта в подобных делах, не старался скрыть волнения, по-заговорщицки зашептал прямо в ушко девушке:

– И кто это был? – Меня качнуло по инерции в воде, и я непроизвольно приблизился вплотную к Вике.

Она приняла игру в таинственность, взяла меня мокрой лапкой за плечо – издалека, наверное, казалось, будто в бассейне воркуют два влюбленных голубка.

– Я не знаю кто, – тоже шепотом сказала Вика. – Я слышала сначала, как ваш друг вышел из номера. Люкс-то его рядом, и громко хлопнула дверь. Я выглянула совсем чуть-чуть – Никита шагал по коридору. Я хотела пойти за ним, как-то объясниться, может, он бы пожалел меня и не выдал.

Но передумала.

– Значит, за Никой следом ты не вышла? – спросил я все так же тихо, как сообщник, уже фамильярно. Шептаться на «вы» с моей стороны повредило бы тактике. Я как бы взял вожжи и преимущество в свои руки.

– Сразу нет, не вышла. Я все раздумывала: надо или не надо. Он же был выпивший. И я выглянула на балкон, не проследить, нет, а так. Юрий Петрович все равно спал беспробудно, да еще очень храпел. – Вика будто бы оправдывалась передо мной.

– И ты с балкона видела убийство и убийцу тоже? – предположил я за Вику.

Сейчас настал для нас обоих решительных момент, и развязку надо было поторопить.

– Да нет же! Никакого убийства я не видела, я вам этого не говорила. Там, на скалах, прямо у воды, сидели двое. Один был ваш друг, а кто второй, я не знаю. Я смотрела сверху. Две головы – его и чужая, в кепке или бейсболке, не разобрать в темноте. И два огонька от сигарет. Сидели они близко, будто страшными тайнами делились по секрету.