Визиты: Осенние визиты. Спектр. Кредо

– Дядька, ты сам-то здоров? – Сашка задумчиво смотрел на Шедченко.

– Уже нет, – спокойно ответил он. Достал из кармана бумажник, молча отсчитал пять «зеленых» сотенных. – Таня, держи. Вам пригодится.

– Ты…

– Мне надо ненадолго уехать.

Он не стал говорить ни «прощай», ни «до свидания», ибо не мог сделать выбор между словами.

– Я вас убедила? – спросила та, что выбрала имя «Мария».

– Вы напомнили мне, что существует выбор.

– Прототипы не ведут собственных игр. Они способны лишь помогать пришедшим.

– Я понимаю.

Шедченко отступил в коридор, провожаемый растерянным, непонимающим взглядом сестры, легким взмахом руки Сашки и укоризненной печалью в глазах Марии. Уже в коридоре он посмотрел на дверь ординаторской. И увидел еще одну женщину в белом халате – словно отражение Марии. Только в ее взгляде было слишком много тоски.

– Ты сглупила, девочка, – прошептал он. Анна, настоящая Анна словно окаменела, подобралась.

– Это сделала я!

Шедченко удержался. Довольно легко. Сейчас он понимал, почему его двойник погиб.

– В нем было больше любви, чем в вас обеих. Он не мог убить женщину.

– Значит, не сможешь и ты.

– Я найду того, кто сможет.

Он побежал по лестнице – грузный стареющий мужчина в чужой военной форме. Попадавшиеся навстречу люди – персонал шел на работу – прижимались к стенам.

И все же в одном Мария была права. Шедченко помнил имена, и теперь у него был выбор.

10

Валентин Веснин не ложился этой ночью. Молчаливый, замкнутый паренек, двадцатипятилетний специалист по трехмерной графике, популярный в узких кругах создатель рекламных клипов, все равно не смог бы уснуть.

Кирилл Корсаков так ничего ему и не сказал. Впрочем, у Валентина уже не было ни малейшего желания его расспрашивать. Он накормил Кирилла. Мальчишка явно был голоден, однако ел равнодушно и медленно, словно выполняя скучную, но необходимую работу. Перестелил свою кровать. Кирилл все так же равнодушно кивнул, вяло поинтересовался:

– А ты где будешь спать?

– У меня работы много.

– Ясно. – Кирилл задергал руками, стягивая свитер. – Валя…

– Что?

– Ты не думай, будто сошел с ума. Тот, кто звонил, это тоже я. Только другой.

– Тебя когда разбудить? – помолчав, спросил Веснин.

– В семь. Или если я опять позвоню.

Валентин кивнул, поворачиваясь к монитору. «Пентиум сто двадцатый» меланхолично гонял готовый ролик. Веснин остановил картинку, помедлил, вслушиваясь, как Кирилл забирается под одеяло.