Визиты: Осенние визиты. Спектр. Кредо

– Да, конечно…

– Точнее, мы сами ее творим.

– Давай уж обходиться без банальностей. Миллион факторов влияет на каждый наш шаг, на его допустимость. Вряд ли воля и мечты играют большую роль, чем случайность.

Они замолчали – надолго. И даже когда поезд уполз со станции Саксаул, ни Ярослав, ни Визитер не сказали ни слова. Лишь смотрели на осень, неумолимо наступавшую на степь.

Это было очень незаметное наступление, ибо степь и так была осенью.

8

Самохин остановил «девятку», чуть свернув с дороги.

Они с Морозовым переглянулись, словно решая, не стоит ли отказаться от задуманного.

– Пошли, – сказал Морозов.

Они выбрались из машины одновременно, еще раз посмотрели друг на друга. Что ни говори, а такими делами им раньше не приходилось заниматься. Даже то, что стариков было двое, сильно меняло привычные схемы. Одновременный инфаркт у обоих – это слишком уж странное совпадение.

– Черт… – Самохин вновь метнулся к машине. Достал из багажника литровую банку с грибами, закатанную машинкой, забросил ее в спортивную сумку.

Морозов молчаливо ждал. – Налево, – подходя к нему, сказал Самохин. – Вот это называется Яблочной улицей, и нам нужен семнадцатый дом.

Дачный поселок в будний осенний день был тих и печален. Ни звука, ни движения. Они медленно пошли по засыпанной мокрым гравием дорожке, поглядывая на номера.

– Надеюсь, ты не ошибся в своих догадках, – заметил Морозов. Самохин лишь поморщился от его тона, заранее обвиняющего.

– Куда он мог еще податься? У дочери его нет, друзья сами в панике.

Меня больше тревожит, почему взорвался дом.

– Газ…

– И у нас в квартире газ. Но никто на воздух не взлетает. Мог Романов еще кому-то поручить… это дело?

– Романов бы сказал. Только ведь и он тут посредник.

– Хрен его знает, какой он посредник. И почему он говорил о брате-близнеце – по документам такого нет?

Они остановились у низенького штакетника, глядя на маленький домик, построенный, наверное, лет двадцать назад.

Редкие деревья с облетевшей листвой, покосившийся нужник в углу участка…

– Академик… – буркнул Морозов. – Смотри! – схватил он Владислава за плечо.

Тот и сам уже заметил легкий дымок, ползущий из трубы. Кивнул.

– Ну, кто был прав, Гена?

– Пошли. – Морозов толкнул калитку. – Хватит рассуждать.

Чувствуя неприятный холодок в груди, Самохин двинулся за ним. Надо было утром выпить немного… для храбрости. Ее всегда не хватает в такие моменты.