Даунтаун

На входе меня, как обычно, подвергли всевозможным досмотрам – трижды пропустили под металлоискателем, просветили рентгеном, обшарили всю одежду, это не говоря уже о стандартных проверках документов, биометрическом сканировании, лучевой обработке и сверке отпечатков пальцев и ДНК. Все это время рядом дежурили два здоровенных охранника с электрическими дубинками и один с автоматом. Будто надеялись запугать меня всей серьезностью этого дела. Но я в таких делах был уже, что называется, воробьем стреляным и знал, что в конце всего этого вполне может оказаться какая-нибудь незначительная ерунда.

И вот, после часа проверки я наконец поднимался в лифте с прозрачными стенками на 28-й этаж. Стоя в кабине, я созерцал раскинувшийся передо мной со множеством своих огней, неоновых вывесок и гранитных небоскребов город и думал: вот она, настала истинная эпоха киберпанка, о которой грезили наши далекие предки. Или не грезили, а, наоборот, боялись? Как бы то ни было, но я гордился тем, что живу в таком огромном и прекрасном городе.

Кабинет моего шефа, доктора Марс, как всегда встретил меня своей простотой и уютом. Сама доктор, сидя в высоком кресле за столом с табличкой, привычно постукивала накрашенными ногтями по столешнице. Макияж, прическа, одежда, украшения – все, как всегда, в идеальном порядке. Если бы она не была такой старой, я бы, несомненно, трахнул ее.

– Догадываешься, зачем я тебя вызвала? – спросила она вместо приветствия, едва я уселся за стол.

Я кивнул.

– Очередное задание?

– Да, но не совсем обычное, – она порылась в своем КПК, как будто и так не знала обо мне всей нужной инфы. – Скажи, ты ведь пишешь научную работу у профессора Стренголда? (вопрос, разумеется, риторический) А на какую тему?

– «Поведение нервных импульсов душевнобольных в момент смертной казни», – в сотый раз процитировал я.

– О, отлично, тогда это как раз для тебя, – она глядела на меня так, словно бы до этого момента у нее были какие-то другие кандидаты.

 – Дело в том, что у нас имеются четыре пациента… точнее, пациентки. За свои преступления все они приговорены к люстрации…[1 - Пусть вас не смущает это слово: в моем контексте оно использовано в значении «смертная казнь», от лат. lustratio – очищение посредством жертвоприношения.]

– И вы хотите, чтобы я присутствовал при их казни? Ну что ж, это для меня не в новинку.