Характерник

Решил зарабатывать таким способом, сын шакала?

– Хасан, ты что – колдун?! Что ты наделал?! Ведь тебя и твоих людей казнят за убийство!!! Отпусти меня, и я подумаю, что можно сделать!

– Что можно сделать? Можно тебя утопить, а можно повесить. Не хочу осквернять свой клинок о такую погань. Ты презренный вор, а не воин. Но сначала ты расскажешь мне все, что знаешь…

Казаки тем временем выбросили за борт трупы, подняли паруса, и фелука стала набирать ход, удаляясь от Керчи. Каик пришлось вести под бортом, чтобы его поменьше было видно со стороны берега.

Петр вел фелуку, внимательно глядя по сторонам, но вокруг пока что никого не было. А Ивану снова пришлось прибегнуть к малоприятному занятию палача. Очень скоро Мурат – так звали незадачливого вымогателя, покаялся во всех грехах, поскольку противостоять воле Ивана не смог. Как оказалось, сгубила его жадность и чувство безнаказанности. Он со своими людьми частенько устраивал мелким купцам подобные пакости, если был уверен, что ему это сойдет с рук. Обвинить в сбыте фальшивых золотых и серебряных монет и попытке подкупа стражи – и купец сам будет рад расстаться с большей частью своих денег, только бы его отпустили подобру-поздорову и товар не трогали. Фальшивые монеты разных видов у него всегда были с собой, и он пускал их в ход в зависимости от того, какие лучше подходили в данный момент. Раньше этот метод срабатывал безукоризненно, поскольку Мурат со своими подельниками никогда не переходил дорогу серьезным людям, обращая внимание лишь на всякую купеческую мелочь, причем приезжих. Сильных покровителей у таких торгашей нет, поэтому и бояться особо нечего. Тем более что он никогда не отбирал всё. Обычно – не более половины. Расчет был на то, что жаловаться купцы не побегут, поскольку если начнется разбирательство с обвинением в изготовлении фальшивых денег, то может выйти себе дороже. Вот и «Хасана» Мурат не счел опасным противником, приняв за заурядного мелкого торгаша, которых в здешних краях – как блох на собаке. И тем обиднее было разочарование из-за допущенной ошибки. Когда из возомнившего слишком много о себе Мурата выжать было больше нечего, его со спокойной совестью отправили за борт вслед за его подчиненными, а Иван призадумался. Ситуация все же складывалась не очень хорошая.

– Петро, все слышал?

– Слышал, Ваня. Это татарское корыто так и будем с собой тащить?

– Да. Надо увести его подальше, а там бросим. Скоро этих любителей поживиться, чем Аллах послал, хватятся.