В начале пути

И знаете, как?

– Как?

– Проще некуда, сэр. Признали дикарей равными себе, предоставив равные права с белыми. И теперь дикари порвут на куски любого, кто попытается лишить их этого статуса. И служат своим хозяевам фактически за идею, хотя жалованье в тринидадской армии даже у рядового солдата – весьма и весьма приличное. Не то что в английской. Вы думаете, что наши солдаты, подавляющее большинство которых загнали в армию насильно, будут с радостью воевать за Англию? Черта с два! Они спят и видят, как бы сбежать оттуда.

В отличие от «тонтон-макутов», в которые существует о т б о р из большого числа желающих! Вы слышали что-нибудь подобное о нашей армии, господа?

– Откуда же у вас такие обширные познания о тринидадской армии, мистер Сирл?

– С Тобаго, сэр. Прочувствовал эти познания сначала на собственной шкуре, а потом долгое время общался с тринидадцами в Якобштадте. Не с «тонтон-макутами», а с моими контрагентами и с другими моряками, но секрета из этого никто не делает.

– Мой друг прав, сэр.

Нам, действительно, ни в коем случае нельзя обострять отношения с тринидадцами. Лучше принять все их предложения. Тем более нам они очень выгодны…

Фраза Стаффорда, сказанная спокойным тоном, неожиданно привела губернатора в ярость.

– Да вы понимаете, что говорите?! Ведь это фактически капитуляция! Здесь земли Англии, и я не позволю, чтобы какие-то бандиты высаживались здесь и начинали диктовать нам свои условия!!!

– Тогда мы потеряем Нью-Йорк, сэр. Так же, как потеряли до этого Барбадос.

Сказано это было Джоном Стаффордом очень тихо, но Френсис Лавлейс поперхнулся на полуслове.

– Почему вы так считаете, мистер Стаффорд?

– Мы с Робертом там были, сэр. И хорошо знаем всю подоплеку этого дела. Губернатор Барбадоса попытался поиграть в войну с тринидадцами. Кончилось это нашим полным рагромом и капитуляцией. Причем на Барбадосе у нас тоже было численное преимущество.

В кабинете снова воцарилась тишина. Только ветер шумел за окном. Губернатор понимал, что его приперли к стенке, и придется договариваться, хоть ему и претило такое решение.

Любой шаг, отличный от того, что предложили незваные гости, будет означать конфронтацию с ними с вполне предсказуемыми последствиями.

– Увы, господа… Умом понимаю, что вы правы, а вот сердцем принять этого не могу… Но ничего не поделаешь, придется ехать к этим разбойникам и договариваться. Иначе они, действительно, просто смахнут Нью-Йорк с Манхэттена вместе с нами.