Человек-пистолет

Если ты мой друг, то ты тоже должен хотеть для меня счастья.

– Ей-богу, ты меня сегодня уже утомил своей болтовней!

– Нет, ты не уходи от ответа. Ты знаешь, как я ценю нашу дружбу и твое мнение! Ты мне прямо скажи: сам-то ты чего хочешь?

Чего я хотел? Я и сам этого не знал.

– Еще слово, – предупредил я, – и я наблюю тебе на грудь!

Водитель такси опасливо оглянулся на нас.

– Он шутит, – успокоил водителя Сэшеа. – Он никогда себе такого не позволит. И потом – мы уже приехали.

Родители Сэшеа недоуменно наблюдали, как мы вносим вещи в его комнату, как он устраивает по местам магнитофон и колонки.

– В чем дело, Саша? – обеспокоено спросила у него мать.

Сэшеа сосредоточенно распутывал шнуры и молчал. Я сел в уголок на тахту.

– В чем дело, Александр?

– Господи! – воскликнул Сэшеа. – Я знал, что без вопросов не обойдется! Всем все нужно объяснять! Теперь ведь и в уборную нельзя сходить без объяснений!

– Ты поссорился с Леной?

– Какая разница? Поссорился – не поссорился… Поживу пока у вас, а почему – объясню как-нибудь потом.

Это еще моя комната или уже не моя? Я домой пришел или не домой? Может быть, мне на вокзал идти ночевать?

– Зачем на вокзал? – ужаснулась мать.

– Тогда всё! Аудиенция окончена! – Сэшеа вытеснил мать из комнаты и закрыл дверь.

Он взял в руки гитару и сел рядом со мной на тахту.

– Вот видишь, – уязвлено сказал он, – на человека давят со всех сторон. Шагу нельзя сделать вперед, чтобы тебя тут же не потащили назад! Одно и то же всю жизнь.

Тебя опутывают, опутывают, как паутиной, с самого детства тысячами связей, ты постоянно кому-то что-то должен. То боишься обидеть родителей, близких, и поэтому делаешь так, как они хотят. То впрягаешься в учебу и непременно уж должен тащить эту лямку до конца. То боишься восстановить против себя начальство… Чем дальше, тем хуже! Ты никогда не распоряжаешься собой, и как бы даже не вправе! Что – удивительно… И есть только один выход. Это нужно понять. Нужно собрать волю в кулак, и рвать, рвать! – Тут Сэшеа быстро переменил на гитаре несколько аккордов.  – Давай, как в старые добрые времена, споем что-нибудь родное! – предложил он мне.

– Погоди. – Я достал из пакета начатую бутылку и, вытащив пробку, протянул Сэшеа.

– А, черт с тобой! Может быть, действительно надраться? У меня сейчас такое чувство, как будто мы с тобой перенеслись в пору ранней юности, помнишь?.. Странно, но мы и тогда не чувствовали себя свободными.