Человек-пистолет

– С ума сошел, – возмутился я. – Ребенок.

– Ну ты сказал! Ей и в двенадцать лет, по-моему, не было противопоказано!.. И потом, разве тебе Лора не говорила, что Жанка уже не девочка?

Когда я услышал это, мне показалось, что у лифта оборвался трос и кабина ухнула вниз.

– Не бери в голову, – сказал Валерий, взглянув на меня, – может быть, Лора врет… Хотя зачем ей врать?

Мы вышли на улицу. На жестких буграх электрического света тяжело ворочалась ночь. Валерий пытался взять меня под руку. Мы шли к проспекту, где можно было поймать такси.

– Ты, старик, в отношении Жанки можешь на меня твердо рассчитывать, – бормотал Валерий. – Помогу, чем смогу. Родителей я нейтрализую, не сомневайся. Ты заметил, что я имею на них некоторое влияние. Главное, сам не теряйся!..

Я подумал, как это было бы просто и логично – врезать ему по пьяной роже. Но тут я увидел, что он пьян гак сильно, будто бы он еще до того, как мы пили в подъезде, основательно «зарядился».

– Ты лови на этой стороне, а я буду на той, – сказал я и перешел на другую сторону улицы.

Валерий первым остановил такси и радостно замахал мне своим рыжиком». А в машине напросился ко мне ночевать и расплатился с водителем, когда приехали.

– У меня бабок до фига! – кричал он, когда я попробовал возразить насчет платы.

Все та же облезлая елка торчала в сугробе у подъезда. Я поднял голову и вздрогнул, увидев свет в нашем окне. У меня совершенно вылетело из головы, что дома меня дожидается Ком.

– А? Гроза котов? – поморщился тот. – Если б я знал, лучше бы в Сокольниках остался… Ну, теперь все равно. Спать хочу – падаю!..

– Грозе котов – комсомольский привет! – сказал он, когда мы вошли в квартиру, и добродушно рассмеялся.

Ком сидел за кухонным столом и не мигая смотрел на Валерия.

– Ты, старик, только покажи мне, где голову приклонить, – попросил меня Валерий. – И считай, что меня нет…

– Ладно, – пробурчал я, подталкивая его в комнату.

– Будь спок, – не стал спорить он и тут же принялся укладываться. Ком в прихожей уже надевал шинель.

– Ну что ты, старик, – зашептал я, – он просто трепло. К тому же пьян в стельку. А что касается кота, то тут мы как раз тебя прекрасно понимаем…

– Какого еще кота? – спросил Ком, надевая панаму; у него на лице появилось подобие смущения или недоумения.

– Ну, черт с ним, с котом!..