Великий полдень. Роман

Настоящую башню из слоновой кости… – Я втянул в левую, а затем в правую ноздрю ароматный табак и посмотрел на широкие окна, за которыми стоял густой туман. – А когда туман рассеется, – проговорил я, очарованный собственными фантазиями, в которых, однако, я был уверен, не содержалось ничего маниловского, наоборот, все это можно было воплотить в реальность, – из этого божественного гнезда откроется взгляд на окружающие просторы! И весь мир начнет вращаться вокруг…

Несмотря на возвышенное состояние души, я все-таки умолчал о самом главном: о том, что здесь, у Бога за пазухой, в эдемском уединении будут наслаждаться жизнью два счастливых человека – она и я.

Впрочем, после истории с запиской мне стало казаться, что теперь ни к чему объяснения, что теперь мы способны понимать друг друга без слов.

Майя как будто не слушала меня и задумалась о чем-то своем. Может быть, мои фантазии показались ей смешными.

– Ты хоть слушаешь, что я говорю?

– Да-да, я слушаю, – улыбнулась она.

 – Значит, в восточном стиле? Бахчисарай?

Я заметил, что она как будто стала менее скована, в ее глазах заискрилось обычное лукавство и насмешливость.

– Так-таки, – продолжала она, как бы собираясь с мыслями покачав она головой, – А может быть ты мечтаешь обзавестись гаремом? Вот уж никогда бы не подумала! Ты с детства производил на меня впечатление добропорядочного супруга. Ай-я-яй!

Трудно было понять, шутит она или говорит серьезно.

– Боже сохрани! – горячо воскликнул я.

 – Не нужен мне никакой гарем, наоборот…

– Впрочем, ничего удивительного, – заметила она, – если общаться с такими жеребцами, как наш доктор и Папа (да и другие не лучше), поневоле потеряешь моральный облик. Один только дядя Володя блюдет нравственную чистоту. Вот с кого вам всем нужно брать пример…

«Господи, дался ей дядя Володя!» – мысленно возопил я. Что-то уж больно она с ним носится. Снова меня стали донимать подозрения.

– Дядя Володя прав: глядя на вас, дети вряд ли научатся хорошему.

Уже исходя из одного этого, их разумно держать подальше от вас. Идея Пансиона в Деревне – неплохой выход из ситуации.

Что же это такое! Стоило дяде Володе только склонить на свою сторону Папу, он уж и философствовать начал! Ему кажется, что Папа печется о нравственности детей. Как бы не так! Просто с некоторых пор Папе особенно не нравится, когда слишком докучают семейными проблемами. Поэтому он и готов сбыть детей с рук.