Великий полдень. Роман

– Ты что, Александр? О чем ты говоришь?

– И не дам! Ни за что не дам! – сказал он и упал лицом в подушку.

Сколько я не пытался его расшевелить, заставить рассказать, что произошло, мальчик  упорно молчал.

– Что случилось, милый? – спросила Наташа, подсаживаясь к нам и ласково проводя ладонью по острым лопаткам сына.

– Поедем домой! Я хочу домой! – прошептал Александр, едва сдерживая слезы.

– Но сейчас мы будем все вместе обедать, милый, – сказала Наташа. – Вечером опять будет много вкусного.

Потом ты еще поиграешь с друзьями. А завтра поедем.

– Нет! Поедем сейчас! – требовал он.

Жена сделала мне знак, чтобы я вышел, и принялась успокаивать сына.

Я шел по пустынному коридору первого этажа. По коридору слонялись мастино. Флегматичные и толстомясые. Пару лет назад Мама взяла щенков на забаву ребятишкам, теперь они выросли, разжирели и в вразвалочку слонялись между гостями, путаясь под ногами и тычась тяжелыми мордами между ног и в ягодицы. Полированные дубовые двери по обеим сторонам, белоснежные фарфоровые пепельницы, на стенах, отделанных дубовыми же панелями, старинные барометры, астролябии, компасы и хронометры.

В узких нишах плоские аквариумы с экзотическими морскими рыбками, гадами и водорослями. Золоченые дверные ручки сверкали, словно на «Наутилусе» или в первом классе «Титаника». Красные ковры гасили звук моих шагов. Интерьер особняка был плодом собственных Папиных фантазий. В непосредственной близости от зимнего сада имелся еще и флигель, обставленный точь-в-точь, как охотничий домик авиатора Геринга, т. е. с тирольскими сувенирами, охотничьими трофеями – чучелами и головами медведей и оленей, убитых, слава Богу, не Папой, у которого на такие чудачества просто не хватало времени. Этот флигель Папа занимал единолично, здесь у него располагался «деревенский» офис.

Из окна я увидел, как Папа заходит в него в сопровождении дяди Володи, на котором снова были шуба Деда Мороза и растрепанная белая борода, и который, как мне показалось, находился в чрезвычайном возбуждении, забегая то справа, то слева, как будто что-то объяснял или докладывал на ходу.

Я вошел в гостиную, где вчера мы веселились около елки, и был сражен варварской картиной. Зловещая гора черепов на известном полотне Верещагина, под елкой были грудой свалены детские игрушки. Те самые, которые вчера ребята получили в подарок от Деда Мороза. И все они были самым зверским образом разбиты, разорваны, расчленены.