Хроники Ландвика. Тёмные времена

Отряд, вышедший из Хартума на следующий день после чествования Весеннего равноденствия, насчитывал четыреста восемнадцать душ, но Виконт готов был биться об заклад, что сегодняшним утром их было немногим больше двух сотен. Командующий, королевский рыцарь по фамилии Гляхершаут невесело отшучивался, что таким темпом им чего доброго придётся доукомплектовывать отряд, снимая стражу с ближайших каменоломен.

В обед, они достигли устья небольшой речки, берущей начало внутри гор, среди вечной темноты, где Боги хранят величайшие тайны мироздания.

Стояла хорошая погода и гвардейцы воспользовались возможностью напоить своих приземистых, коротконогих лошадей, миртульской породы.

– Похоже, мы тут надолго, – заметил Уриил Акрийский, присаживаясь на небольшой валун, удачно торчащий в тени развесистого вяза.

Задумчиво куривший Виконт, наградил жреца вопрошательным взглядом.

– Аргулеты ушедшие накануне вечером ещё не вернулись. Сир Гляхершаут опасается, как бы с ними не случилась чего недоброго.

Барбаду понимающе кивнул, и его грубое лицо расплылось в сардонической улыбке.

Догадываясь, к чему он клонит, Уриил лишь нахмурил брови, и покачал каштановыми кудрями.

– После того как участились случаи дезертирства, сир Гляхершаут лично распорядился разбавлять патрули и разведывательные отряды проверенными людьми. Среди ушедших накануне, значился Кортесс, зять сира Глягершаута.

Виконт постучал самокруткой по кончику указательного пальца, приглаживая слюной паршивую, жёлтую бумагу, которую ему намеревались втюхать за восемь золотых суффиев.

– У нас не войско, а дерьмо. Все чувствуют это, оттого и бегут. Его Величеству следовало поручить эту работёнку не мягкотелому увальню Гляхершауту, а кому то, у кого за плечами хотя бы имеется опыт боевых походов.

– Например, вам? – Уриил не имел в виду нечего дурного, но прозвучавшие слова выдались несколько грубоватыми.

Иногда Уриилу казалось, что ему почти понятна враждебность Виконта, в которой тот бережно, словно ребенок сладости, таил свои маленькие секреты, но чаще это сводила его с ума.

Барбаду передернул своими могучими плечами и сплюнул, коричневой, пораженной смолами, слюной.

– Разве я напоминаю тебе рыцаря? Да у ведра со шваброй боевых достоинств больше, чем у большинства из этих болванов. В королевском рыцарском совете только у двоих имеются хоть какие-то яйца, – проворчал Виконт, когда мимо него, смеясь, прошлёпало несколько гвардейцев.