Непобедимые

Мало-помалу любители снукера из бара рассосались, и начинала собираться футбольная тусовка. Сразу стало более шумно, как и всегда. Хотя на самом деле публика сюда ходила исключительно цивилизованная. «Лига» никогда не знала ни драк, ни швыряния посуды на пол – вообще, ничего, что могло хотя бы с натяжкой называться вандализмом. Такая благодать объяснялась тем, что посетители бара были по большей части местными, знающими друг друга. Они не хотели, чтобы им что-то мешало наслаждаться игрой. И потому, легко перенося некоторое количество посторонних, завсегдатаи никогда не давали им бушевать.

Принцип в «Лиге» был исключительно простым: получай удовольствие сам и дай возможность наслаждаться другим. А тех, кто все-таки пытался куролесить, усмиряли быстро, аккуратно и жестко. Среди завсегдатаев было трое друзей, работавших в ОМОНе. Они умели неплохо разговаривать с дебоширами и беспредельщиками, превращая их в сущих ангелов буквально в течение первых минут воспитательной беседы.

Итак, в тот вечер народу было немало. Так что Харитонов нисколько не удивился, когда к его столику подошел незнакомый толстяк с большой кружкой пива в руке и вежливо попросил разрешения «уронить кости». Олег, глядя на комплекцию гостя, больше приличествующую плюшевому медведю, чем «костям», разрешил. Тот уселся, представился Иваром. И как-то незаметно между ним и Олегом завязался ни к чему не обязывающий разговор.

Все началось с того, что оба они болели за один клуб.

А закончилось тем, что именно Ивар вывел Олега на человека, который очень хотел купить новейшую систему наведения баллистических ракет. И самое интересное, что Харитонов мог предоставить ему эту покупку. И собирался это сделать без особых угрызений совести.

Все было чрезвычайно просто: в «конторе» у Олега платили паршивую зарплату. Это началось сразу после того, как Советский Союз приказал долго жить. То есть денег и раньше было не слишком много, но это как-то компенсировалось льготной квартирой, очередью на автомобиль, постоянным распределением «дефицитов» и прочими житейскими удобствами.

Кончился Союз – иссяк и этот жиденький ручеек житейских благ. И начался затяжной период хреновой жизни.

Первое время Олег утешал себя тем, что надо держать себя в руках и понимать, что, когда государство едва сводит концы с концами, нет ни малейшей надежды на высокие заработные платы для простых инженеров.