Корни тайны

Последней вышла дама, в которой Петр тут же узнал помощника нотариуса, ведущую среди прочего и наследственные дела, которая вчера пыталась не дать ему пройти к нотариусу – но поскольку Петр Игоревич как военный стратег поставил себе цель попасть на прием к нотариусу и добился осуществления этой цели, данная встреча уже не была неприятным воспоминанием для него.

– Проходите, – коротко сказала помощник нотариуса и освободила путь в кабинет.

Станислав, входя в кабинет, с интересом думал, как может выглядеть эта чересчур уверенная в себе нотариус.

Оказалось, что это дама примерно лет тридцати пяти – сорока, с высокой прической, с уверенным высокомерно-строгим взглядом. Выглядела она ухоженно и стильно, что реально придавало ей величавости. Деловой костюм пастельного цвета, явно очень хорошо сшитый, смотрелся строго, но тем не менее подчеркивал ее эффектно-красивую грудь.

На несколько секунд Белогоров даже залюбовался этой представительной дамой.

Нотариус, не вставая из-за стола и не говоря ни слова, легким движением руки показала на два стула за столиком перед ее рабочим столом, приглашая гостей занять их.

Станислава не пришлось приглашать два раза, он уверенно отодвинул стул и сел за стол; стул чуть скрипнул под его весом. Петр расположился напротив него; выглядел он нахмуренно.

– Здравствуйте, Тамара Андреевна. Наверное, Вы знаете, кто я, – с мягкой улыбкой сказал Станислав, памятуя, что после сообщения своей секретарши нотариус без возражений распорядилась пропустить их к ней, и передавая ей две визитные карточки.

 – Я адвокат Станислав Владимирович Белогоров, а это мой коллега адвокат Петр Игоревич Михайлов.

Конечно, нотариус знала, кто он: четыре месяца назад именно Белогоров смог в Верховном Суде России добиться отмены судебных актов по одному гражданскому делу, которые в случае их утверждения создали бы очень нужный – но весьма неоднозначный – прецедент для нотариата.

Но Белогоров – к сожалению для нотариата – не дал возникнуть этому прецеденту.

Нотариус слегка кивнула. Ни единым проявлением эмоций она не поколебала ореола своей величавой недосягаемости.

– Тамара Андреевна, мы с коллегой является представителями Романа Геннадьевича Комина, сына и наследника недавно умершего Геннадия Максимовича Комина.

Видно было, что нотариус, при всей ее величавости, заметно напряжена: тема беседы явно оказалась ей неприятна.