Чужие игрушки. Часть 3

Николай Одернул Волка:

– Да, погоди ты. Ты его совсем с толку сбил. Котик успокойся. Успокойся. Тревогу чувствуешь?

– А как ты думаешь? Рядом волчара озверевший прыгает. Ерунду какую-то бормочет.

Николай мысленно попытался навести порядок:

– Волк успокойся, а лучше отойди, только не далеко. Я тебя позову, когда нужен будешь..

Волк потрусил между деревьев. Солнечные пятна зажигали искорки на кончиках волос его шерсти. Муравьи сновали между травинок, листва радовалась легким порывам ветра.

Кот спокойно сидел и смотрел немигающими глазами. И только кончик его хвоста, который медленно стучал по земле, выдавал, что внимание Кота обострено. Николай выждал и снова спросил:

– А, сейчас, тревоги, опасности не ощущаешь?

– Нет, все нормально, все хорошо. Птички летают, наверное вкусные.

Прервал их сеанс Айболит:

– Ну, хорошо. Посидели, отдохнули и хватит. Когда приступим к сеансу обучения?

Булкин на слова Айболита не отреагировал. Николай открыл глаза:

– Эммануил Иосифович, а мы уже приступили.

– Как приступили? Я должен участвовать в этом.

Николай усмехнулся:

– Присоединяйтесь, Эммануил Иосифович.

– Как присоединяйтесь?

Николай вдруг понял, что он ни разу еще не заглядывал внутрь Айболита. Он сосредоточился. Туманом с розовым запахом даже не пахло. Витало что-то серое вперемежку с желтым. Пахло хлебом в деревенском доме. Запах был желтый. В голове мелькнуло:

– Интересно. А, где же зверь?

Внутренне зрение Николая преподнесло ему неожиданный подарок.

Среди мусора и шелухи суетился Хомяк. Хомяк примеривался как утащить три патрона. О присутствии кого-то рядом с собой он не подозревал. Голос Айболита снова оторвал Николая от внутреннего созерцания:

– Николай Федорович, так как нам быть? Нужно как-то иначе. Я не понимаю что происходит и как и чем вы занимаетесь.

– А, вы присоединяйтесь, Эммануил Иосифович. А, запротоколируете потом.

– Что значит присоединяйтесь?

– Садитесь как мы и закрывайте глаза.

И думайте о чем-нибудь приятном.

Вышел из своего состояния Булкин и с любопытством смотрел на то, как пытался в позу лотоса сесть Айболит. Лицо Айболита налилось кровью и покраснело, он кряхтел, но сесть в позу лотоса у него не получалось. Николай пособолезновал:

– Эммануил Иосифович, да не напрягайтесь вы. Садитесь как вам удобней, с таким расчетом, что не упадете, если уснете или отключитесь.