Чужие игрушки. Часть 3

Скорее, хочу поставить вас в известность, Ваша знакомая, из-за которой вы здесь оказались вышла замуж. Меня просили передать ее просьбу, чтобы вы ее больше не тревожили. И, еще, Николай Федорович, возможны издержки нашей работы. Имя, Клара, в вас может вызывать приступы не контролируемой агрессии и не адекватную реакцию на окружающую вас ситуацию. Извините пришлось вас закодировать, по определенной методике. я просто обязан вас об этом предупредить во избежание не нужных эксцессов. Поэтому будьте на чеку и будьте внимательны.

Николай с портфелем шел к проходной. Волк уныло брел рядом, пригнув голову к земле. За проходной Николай почувствовал, как Волк лизнул ему руку. Николай нагнулся, Волк лизнул его в нос, отбежал назад и сел. Николай в последний раз посмотрел на ворота, за которыми так много произошло в его жизни, и двинулся на автобусную остановку. За его спиной раздался печальный протяжный вой и рухнула темная пустота.

Утром Николай проснулся с тяжелой головой. Вставать не хотелось. Закрывая входную дверь в квартиру, Николай стал вспоминать не забыл ли он чего-нибудь:

– Свет в ванной и в коридоре выключил. А выключил? Да выключил. А, газ на кухне?

Выключил, я же чай пил. Чай? А почему я вкус чая совершенно не помню. Нет надо проверить.

Николай открыл снова дверь и быстро прошелся по квартире. В голове пронеслось:

– Вернулся, дороги не будет. Надо что-то с собой взять.

Николай открыл холодильник, задумчиво осмотрел его содержимое, тяжело вздохнул и взял в руки мамин гостинчик с ее пирожками.

Николай стоял в автобусе Он держался рукой за в поручень и смотрел в окно. Автобус плавно переваливался с боку на бок, как неуклюжее, состарившееся животное. За окном накрапывал мелкий дождик. Тротуар и автобусные остановки раскрасились зонтиками над головами пешеходов и прохожих, ожидающих свои автобусы.

На работе пирожки встретили на ура.

– Да ничего. Все в порядке. Все здоровы. Все в нормально.

А, у Николая перед глазами вставало лицо матери и отца.

Конгломерат пока Звягинцев гостил у Хромова старшего работал как хорошо отлаженный механизм. Все шло своим чередом. Вернулся Виктор Петрович повеселевший, внешне слегка помолодевший и окрыленный. Может это и послужило толчком к его нововведениям.