Десятая вечность

Сегодня можно сказать, что мы к ней почти готовы. Остались мелочи, поэтому давай-ка за успешное завершение подготовки, – предложил я.

Возражений не последовало, и мягкая водочка разлила внутри мягкое тепло. Каша удалась на славу, и в неторопливой беседе под треск печи мы завершали еще один день десятой вечности. Каждый проходящий день приближал нас к долгожданному событию – результативной встрече с пролетными гусями.

Меня радовало, что Андрей понемногу, но уверенно и с интересом вникает во все тонкости быта, подготовки к охоте, мы прекрасно понимали друг друга, общение было не в тягость, все получалось легко и просто.

Приняли определенные внутренним тормозом три стопочки на ужин, попили чайку с лимонником. Как-то незаметно, но уверенно день ушел, и ничего другого не оставалось, как занять место на лежанках. Предварительно посуда была вымыта, печь получила свою порцию боеприпасов для ночной борьбы с холодом. На этот раз Андрей зарядил ее углем. Он решил перед сном почитать при свете яркого налобного фонарика, я сделал пометку на метеопрогнозе о том, что день прожит, и с удовольствием растянулся на лежанке. Когда провалился в сон, в памяти стали всплывать картинки удачных выстрелов, которых здесь за все годы было немало.

– Эх, повторить хотя бы малую часть из них, – эта мысль была последней, которая посетила в прошедший день вечности…

Глава 4

Банный день,

или Утомленные окрошкой

Баня в тундре – это больше чем баня.

Понять это можно только здесь.

    Откровение от моего напарника Андрея С.

после первой помывки.

Ночь прошла совершенно спокойно, ни одна гусиная стая не потревожила за ночь наш чуткий сон. Андрею очень точно удалось подобрать нужное количество крупных кусков угля, поэтому наша печурка давала ровное умиротворяющее тепло часов пять. До четырех часов ночи я спал совершенно открытым. Но все в этом мире конечно, так и уголь в печи пал в борьбе с холодом, который не торопясь, но уверенно приходит в любой домик, когда иссякают в печи запасы дров или угля.

Поддавшись приступу непонятно откуда появившейся лени, я, проснувшийся первым, позволил себе небольшую вольность – не встал с лежанки и не подбросил дровец в печку. Ни к чему критическому это привести не могло, поэтому я просто влез в спальник, застегнул его на молнию и уснул. По правде говоря, у меня была своя задумка, – я отдал инициативу Андрею. Я был твердо уверен, что наступающая свежесть в домике побудит его к активным действиям по добыче тепла.