Скверна. Камни Митуту. Книга вторая

Да и кто может остановить свея, если он почувствовал запах добычи?

– И ты впервые увидел, как в море грабят? – предположил Игнис.

– Я впервые увидел, что жизнь человека подобна осеннему листу на ветке дерева, – проговорил Моллис. – Достаточно порыва ветра, чтобы она улетела. На данайском корабле имелось не более десятка охранников, но среди них был угодник, и его звали Син. Когда свеи приблизились, купец с семейством и приказчиками заперся в рубке. На палубе остался вот этот десяток. Син крикнул по-свейски разбойникам, что лучше бы им не посягать на чужое добро, поскольку он сомневается, что души погибших свеев находят успокоение за пиршественным столом в доме их бога.

Скорее всего их там топят в отхожем месте.

– Он хотел схватки с ними? – не понял Игнис. – Син мне не показался легкомысленным.

– Он и не был легкомысленным, – хмыкнул Моллис. – Я потом спрашивал его. Он сказал мне, что увидел в лодке женщин и детей. И некоторые женщины… были истерзаны. Свеи забавлялись с ними без перерыва. Но после его слов они забыли о женщинах и полезли через борта торговца, как тараканы.

И все остались там.

– Он убил их? – не понял Игнис.

– Ну, не он один, – пожал плечами Моллис. – У купца были неплохие охранники, из которых после схватки осталась половина. Но, думаю, из каждых троих свеев двое на счету Сина. Никогда я больше не видел такого умения обращаться с мечом. Хотя как раз тогда-то я видел мало, лежал на дне лодки. Да и если слышал что-то, то мало что понимал. А сам Син не любил рассказывать.

Так или иначе, но со свеями было покончено, и тут из рубки выбрался купец и предъявил права на ладью свеев и на черных рабов.

– И Син? – сдвинул брови Игнис.

– Ты видишь меня? – расплылся в улыбке Моллис. – Я жив и здоров, значит, Син все сделал правильно. Он оставил заваленный трупами данайский корабль, перешел на ладью, развязал женщин и детей, посадил их на весла и взял курс к северному берегу. И никто не посмел его остановить.

– А дальше? – спросил Игнис.

– Дальше было всякое, – пожал плечами, снова поморщившись, Моллис.

 – Мы дошли до Шкианы, там Син продал свейскую ладью, выправил всем пленникам ярлыки и разделил между нами вырученные деньги. Уж не знаю, как сложилась судьба прочих моих односельчан, но я, как самый младший, увязался за Сином. Год бродил за ним. Дошел сначала до Карии, потом до Лариссы, там мы провели зиму. Син пропадал в городском хранилище рукописей, я, конечно, ходил за ним, как собачка. Заодно и читать научился.