Тени Богов. Искупление

А себе я могу пророчествовать только собственную смерть.

– И когда же она случится? – заинтересовался Хопер.

– Не знаю, – попыталась улыбнуться Амма. – Истина редко открывается в полноте. Но две вещи я знаю точно. Меня убьешь ты. И вот этим самым ножом.

Он замер. Вгляделся в женщину, которая семьсот лет пряталась от него.

– Милостивые боги, – прошептал Хопер. – Я тебя убью? Этим ножом? И ты носишь это в себе семьсот лет? Так вот почему ты тогда… Зачем мне убивать тебя?

– Это предвиденье, – ответила Амма.

 – Я не толкую будущее. Зачем? Мне это неизвестно. Ты, кстати, ведь тоже не обделен талантами? Я могу не только предсказывать, но и точно знать, сколько умбра разгуливают по земле. Но не могу, как ты, почувствовать каждого. Не могу погрузиться внутрь кого-то и обаять его во всей полноте. Это редкий дар.

– Он не всегда подвластен мне, – признался Хопер. – Только когда они открываются, или обстоятельства становятся сильнее их скрытности. Или же, когда они становятся вестниками. Да и то… Почему ты не убила меня? Ну, не лишила меня тела, почему выпустила стрелу в посох? Если знала, что я угрожаю тебе? Или и твоя рука дрогнула?

Она ответила не сразу.

Молчала несколько секунд, потом неохотно произнесла:

– Одно мое предвиденье не сбылось. Может быть и это… ошибочно?

– Какое же не сбылось? – затаил дыхание Хопер.

– Ты не должен был выжить, – прошептала Амма. – Все тринадцать должны были погибнуть. Тринадцать. Больше половины умбра, воплощенных в этом мире. И знаешь, это ведь только часть предвиденья.

Все мы, все оставшиеся должны были отправиться в бездну. А отделались семью сотнями лет слабости и покоя. Может быть, благодаря тебе или тому… голосу. Или меткости того лучника.

– Так ты не ссорилась со мной… – прошептал Хопер. – Ты прощалась?

– Скоро они вернутся, Бланс, – обронила Амма.

– О чем ты? – Не понял Хопер.

– Да, – она закрыла глаза. – Я здесь пряталась не от тебя. Та жатва не была последней. Третья жатва грядет. Самая кровавая. Может быть, действительно последняя.

Иная. Такая, что все предыдущее покажется легким насморком…

– Когда начнется? – процедил сквозь зубы Хопер.

– Уже скоро, – ответила Амма.

– А точнее?

– В день весеннего равноденствия.

– Где?

– На юго-востоке – в Альбиусе. В маленьком городке на берегу Манназа. И на севере… – она нахмурилась. – В городишке в горном ущелье. Там, где тоннель с железной дорогой в горах и исток большой реки.

– Ясно, – Хопер кивнул. – Это Водан.