Забавник

– Рано прощаться еще, рано! И ты, хенн, присматривай тут за слабыми да малыми!

Туск степенно кивнул, и небольшой отряд выбрался на прокаленную светилом пустынную улицу, чтобы через недолгое время распахнуть тяжелые двери главного зала храма Мелаген, к уборке которого Рич так и не успела приступить. Тут баль и начал долгий рассказ.

Ни слова не проронили ни Рич, ни Тир, пока текло неторопливое повествование, и, когда оно закончилось, повисла долгая пауза.

– И что я ему должен буду сказать? – наконец спросил Тир, который ощупал каждый изгиб черных камней над следом давнего колдовства.

– Ты говоришь о своем отце? – крякнул Насьта, отрывая от губ дудку.

– А что, друг ремини, твой отец тоже направляется в Скир? – нахмурился Тир.

– Нет, спасибо Единому! – сделал испуганное лицо Насьта. – Только ведь тут дело такое: я бы на разговор особо не рассчитывал. Вряд ли некогда великий тан сможет тайно пробраться в столицу, но если и проберется, так не разговоры с тобой разговаривать будет! А если и собирается поговорить, то не здесь.

Будь я на его месте, огрел бы тебя по башке или, того лучше, подсыпал в еду зелье да увез туда, где тебя никто не найдет, а уж там и поговорить попытался бы. Вот такушки, приятель!

– Я не хочу себе такой судьбы, – отрезал Тир. – Хотя… посмотреть в глаза отцу не отказался бы.

– Судьба подобна клубку дорог, – вздохнул Марик. – Жизнь выталкивает нас на перекресток, а там уж… Сначала мы держимся за руку и идем вслед за нашими родителями или наставниками, но рано или поздно остаемся с дорогой один на один.

Ненадолго. Ровно до того момента, когда не придется вести за собой жену и собственных отпрысков, катить перед собой в повозке занемогших родителей. Не важно, парень, какой судьбы ты для себя хочешь, важно, какую выберешь.

– Я уже выбрал! – отрезал Тир.

– А если твой отец встанет на твоем пути? – прищурился Марик. – Если пойти против него будет то же самое, что переступить через его труп?

– А он сможет переступить через мой труп? – побледнел юноша.

– Не знаю, – пожал плечами баль. – Как ты понял, однажды он был готов переступить через труп твоей матери.

– Я не такой! – повысил голос Тир.

– Возможно, что и он был не такой! – выпрямился Марик. – Когда-то была мать и у Лека, сына всесильного тана Каеса. И ее смерть вряд ли вызвала бы радость Лека, но так же, как и его отец, он не противился смерти твоей матери.