Забавник

Может быть, Камрет, и в самом деле, опять сплетает свою паутинку. Не удивлюсь даже, если нам назначена роль приманки в его снастях, но здесь идет охота! И зверь, на которого охотится Камрет, судя по тому, что рассказала Айра, может оказаться даже коротышке не по зубам. И победить его куда важнее, чем разобраться с Камретом! Давай, друг, закончим с главной охотой, а потом объявим охоту на коротышку.

– Зачем он охотится? – вдруг повернулся к приятелю Рин. – Зачем он сжигает добычу, если есть тысяча других способов обезопаситься от плененной нечисти? Да, он приносит иногда в лавки столицы разную мелочь, но главные трофеи, которыми любит прихвастнуть, не продает.

Куда он их девает?

– Ну, – собрал бороду в кулак Орлик. – Девает куда-то. Продает где-то еще… Или складывает куда-нибудь на черный день!

– Обездвиженных демонов? – усмехнулся Рин. – Высушенных упырей?.. Да он давно уже должен был скупить половину столицы, а у него нет там даже дома!

– Или мы не знаем о его доме, – предположил вельт и вдруг замер.

– Что ты?.. – побледнел Олфейн.

– Да вот, – с трудом выдавил через посиневшие губы великан. – Мошка какая-то укусила… Похоже, я передумал оставаться здесь… Тут мошки больно жалят…

Рин выпрямился как пружина, слепил туманный комок и тут же отправил его к каменной ограде, в выщерблине которой мелькнула быстрая тень. Пятно льда еще только начало с треском расползаться по древним камням, а воин уже вырвал из шеи друга короткую тонкую стрелку и зажал рану крепкими пальцами.

– Держись, вельт! – прохрипел он чуть слышно. – Из такой ямы мне еще не приходилось тебя вытаскивать…

Глава шестая

Встреча

Он ждал ее возвращения, и все-таки появление Айры представлялось Марику почти невозможным. Баль даже ущипнул себя за запястье, как раз где-то в районе косого креста. Сколько раз он стоял на краю гибели, сколько раз видел отблеск смерти, но впервые явственно почувствовал, что все имеет начало и конец.

Словно шел длинной дорогой, забрался на гору и увидел одновременно и далекую деревеньку, из которой начал путь, и чуть различимые силуэты то ли окраины города, то ли постоялого двора, где этот путь однажды закончит. Если, конечно, доберется до конца пути. Или – где смерть, там и конец?.. Что это вдруг он задумался о смерти? Неужели из-за того, что в дверях зала появилась Айра?

Наверное, почти так же он почувствовал бы себя, если бы это была Кессаа.