Бессарийский Принц. Цикл книг: «Эйриния». Серия: «Марк и Афин». Том III

 – Впервые в жизни я всё прекрасно помню: что сталось со мной, когда меня охватил гнев… Как хотел убить Кирса… Как поднял руку на тебя, и… – осекся мальчик, у которого дыхание перехватило.

– Ну, наконец-то! А то мне порядком надоело играть с тобой в непонятки. И раз ты всё помнишь, мне легче будет сделать это! – прорычал повеса.

Резко развернув к себе брата, он отвесил ему столь мощный удар в челюсть, от которого тот чуть не упал. Столь «дружеский» жест не остался незамеченным взрослыми, которые хотели вмешаться.

Но лишь раз заглянув в глаза Араду, заслонившему единственный путь к ним, Димгар и остальные опомнились и сделали вид, что ничего не заметили, дабы не ранить чувство гордости мальчишек.

– Хватит уже жалеть себя! – закричал в голос Афин, нисколько не заботясь, что его могут услышать.

«Возьми наконец себя в руки! И раз ты всё помнишь, то должен знать – чтобы не случилось, мы не отступимся от тебя! Какие бы обидные слова ты не выпалил с горяча, и как бы не был опасен для окружающих и себя самого!»

– И пусть, брат мой, ты не идеален, но именно это и делает тебя Марком! – закончил мальчик на повышенных тонах.

После чего, понимая, что сболтнул лишнее, он притих и протянул руку помощи.

– Так что утри сопли и отбрось все напрасные сомнения!

– Брат?! – поднял на него глаза паренек, потирая челюсть.

Невольные свидетели этой сцены ожидали увидеть в глазах Марка обиду или даже слезы горя, но его лицо прояснилось.

С него как будто сошла пелена кошмара и разум резко пробудился. А вместе с этим, вернулось ощущение реальности, а следом, и боли телесной.

– Ну как, полегчало?! – скривил хитрую усмешку озорник.

– Немного, – выпрямился мальчик, прищуривая глаза от палящего солнца, чьи лучи пробрались сюда – в его одинокую «Обитель горя и отчаяния», вместе с приходом друга.

– Отлично, тогда идем, – схватил брата рыжий мышонок и утянул за собой в трюм, где их возвращения уже заждались.

Глава 2 «Посвящение Друзей и Клятва Рыцаря»

– Афин, тебе удалось?! – радушно встретил друзей «на пороге» Овий.

Мышонок темно-каштанового окраса, с белой полосой на макушке обладал гордым взглядом карих глаз и небольшой ухмылкой на лице.

Он находился здесь в компании своей сестры – голубоглазой мышки его возраста, каштанового с рыжим отливом окраса. В ушах у неё красовались серьги, а на голове – повязка красного цвета.