Бессарийский Принц. Цикл книг: «Эйриния». Серия: «Марк и Афин». Том III

– Прошу, помоги моему другу! Он ранен и может… – не договорил мальчик, ибо в следующую песчинку через дыру в потолке сюда влетает Таинственная Фигура, закутанная в плащ с головой.

– Это еще что за чудо-юдо?! – воскликнула в голос Хозяюшка.

В ответ, Непрошенная Гостья выпрямилась, затем громко и четко чего-то там прошептала.

– Ась?! Чего ты там себе под нос бубнишь?! Говори громче! – повысила на неё голос мышка, засучивая рукава рабочего фартука.

– Голос с Небес, – послышался тихий стон со стороны верстака, и из-под покрывала показалась голова Афина, лежавшего на столе лицом вниз.

– Брат, – тихо прошептал Марк.

«Она сказала: «Мурза, ты проследуешь к Хозяйке Зариме, по собственной воле или мы заставим тебя!»

При этих словах, донесшихся откуда-то сверху, проделав вторую дыру в потолке, сюда запрыгнула очередная Непрошенная Гостья. Достав короткий клинок, она молниеносно метнула его в сторону Принца.

– Не знаю, что здесь происходит и кто вы такие?! Но я не собираюсь терпеть вас, пошли… – не договорила Шамсия, как к её ногам был брошен целый мешочек со звонкой монетой.

– Это за поимку этих беглецов! – проговорила одна из мышек, и вместе со своей Спутницей, они стали надвигаться на Цель их визита.

– Это же… – подняла кузнец кошель.

Чуть приоткрыв его, девушка обомлела от подобного количества бессариков внутри.

Воспользовавшись всеобщим замешательством, Марк кинулся к другу.

– Афин, брат мой! Как ты?! – зашептал он, скидывая с него плащ.

Только сейчас мышонок заметил, как друг мертвецки побледнел. Всё его тело содрогалось от холодного озноба, и он хрипло надрывно дышал.

– Прошу-у-у! Нет – я умоляю, спасите его! – подскочил к своим будущим конвоирам мальчик и в горячке схватил одну из них за руку.

– Нам не велено! – оторвала она от него ладошку. – Хозяйка просила доставить только тебя, на дальнейшую судьбу твоего друга нам…

– Умоляю-ю-ю!

Со слезами на глазах, мышонок упал перед Посыльными Заримы на колени и, не смея поднять на них глаза, пустился в горькие слезы.

– Кроме него у меня никого нет! Он дороже всех на Белом свете! Прошу вас смилостивитесь, – упал Марк лбом в песок и глухо застонал, чем немало ошарашил Гостей.