Королевство Мертвых Душ. Цикл книг «Сказания о Святых Девах Лаверии и Рыцаре Света». Том II

Понимая, что тут возникла некая ошибка, Гость попытался отодвинуться от стола, но невольный скрип кресла, заставил его прикусить язычок.

– Простите, – чуть слышно пропищал бедолага, возвращаясь на свои прежние позиции.

Сидя как на иголках, парень всё никак не мог взять в голову, кто из двух «подружек-болтушек» принялась играть с ним в подобные игры, правила которых ему были не ведомы. Когда озорница принялась ласкать заднюю сторону голени, потихоньку заставляя молодого человека «ослабить вожжи», он вдруг почувствовал, что подобные ласки приносят ему некоторое наслаждение.

Прикусив язычок, он поспешил отогнать от себя все шальные мысли, что скупом захлестнули его рассудок.

Но было уже слишком поздно.

Перехватив инициативу, проказница пальчикам принялась «пробивать себе дорогу к заветной цели». Не успел бедолага опомниться, как паха коснулась нежная пяточка. Жуткой засмущавшись, Гость кашлянул и устремил крайне вопрошающий взгляд на Госпожу и Служанку. Но те по-прежнему вели премилую беседу, попивали по глотку чаек, жевали печеньки и совершенно не придавали внимание его глухим мольбам о пощаде.

Еще чуть-чуть и Сажен оказался совершенно беззащитен. Ловкие в подобной потехе пальчики Незнакомки принялись «ворошить улей диких пчел».

Вверх… Вниз…

Влево… Вправо…

Гладя «шмеля» всей площадью ступни, её «беспощадная» обладательница вот-вот готовилась переступить грань дозволенного.

Дождавшись пока «пшеничный тростник» наберет силу, Незнакомка за пару попыток залезла ему в штанишки и принялась «гонять гальку» как ей вздумается.

Распахнув от неожиданности ротик, паренек тут же поспешил прикрыть его ладошкой. Окрасившись, не хуже ясного солнышка в самый жаркий полуденный час, Сажен оцепенел. Набраться смелости и заглянуть, хоть краешком глаза, под скатерть – было для него непосильным подвигом. Всё, что ему оставалось это стиснуть зубы и молчать.

Надо отдать должное «терпению» паренька, при всей нелепости ситуации в которой оказался, Сажен изо всех сил держался.

Хотя, с каждым новым «взмахом кисти Мастера», он терял остатки самообладания. Глухое сопение и подергивания внизу живота – стали тому подтверждением.

Вдруг ножка прекратила свои «труды» и стала медленно «выползать» наружу. Не успел горемыка вздохнуть свободнее, как почувствовал вторую Гостью, что так и потянулась следом за первой. Запротестовать вслух было сравнимо гибели.