Пик из Эхтера. Цикл книг: «Эйриния». Книга первая. Том I

Их многие соседи видели, сами рассказывали…

Пик, не желая больше слышать этих лживых новостей из этих грязных низких газетенок, что каждый день доставлялись бесплатно каждому жителю города ближе к вечеру, дабы тем было чем себя занять после работы, направился к себе в комнату.

– Ладно, завтра рано вставать, – прохрипел он и захлопнул за собой дверь.

Оказавшись в комнате, наедине со своим дурно мерзко пахнувшем от перегара братом, Пик не желая видеть его лица, быстро поднялся на второй ярус и уставился широко раскрытыми глазами в потолок.

Стены и дверь были тонкими и как бы тихо не разговаривали родители, обсуждая новости и собственную жизнь, мышонок всё слышал. Спустя некоторое время дверь раскрылась. В комнату вошла мама, держа в руке свечу, так как на улице уже совсем стемнело.

– Сынок, Пик?! Прости, со всем этим я позабыла спросить – есть хочешь?! Я приготовлю. Отец, конечно, лег спать, но ничего…

– Спасибо, мама, аппетита нет, – отвечал тихо юноша, а у самого живот сводил от голода.

 – Да и папа спать лег, ни к чему шуметь…

– Хорошо, я завтра приготовлю. Спокойной ночи, Пик.

– Спокойной ночи, Мама.

Дверь захлопнулась, шаги стихли, за стеной воцарилась тишина.

Сна не было ни в одном глазу. Не зная куда деться, мышонок тихо привстал на кровати и потянул ручку на потолке. С тихим скрипом открылся небольшой люк на крышу.

После чего, подтянувшись на руках, он вылез на свежий воздух. Подобрав ноги под себя, Пик устремил свой взор наверх, на звезды, на полумесяц, на бесконечный простор ночного неба – такого успокаивающего и отвлекающего от всего земного, суетного и наболевшего.

Через несколько минут молчаливых мечтаний, внимание мышонка переключилось на фейерверк, который запускали из Королевского Дворца, наверняка по случаю приезда Гостей. Не успел он закончиться, как где-то неподалеку раздался чей-то хмельной голосок, горланивший какую-ту песню.

«Мы уедем с тобой, подальше от всех бед…»

Голос был столь протяжный, что Пик снова поднял очи в сторону Небесных Огней.

Вся праздничность, красочность и веселость которых, очень контрастно смотрелась на фоне бедности, серости и пьянства, царившими повсюду. И не было видно этому конца и края.

Тяжело вздохнув, паренек узнал голос горланившего на всю улицу прохожего.

– И ты мой друг, не устоял, – тихо прошептал мышонок.

В полной темноте заведя свой «будильник» на раннее утро, он направился обратно к себе, чтобы наконец лечь спать.