Назад дороги нет. Часть 1

Он окинул Эмму любопытным взглядом. Он ничего о ней не знал, но почему-то был уверен, что она творческая личность. По-другому и не может быть, пятна краски говорили сами за себя.

– А ты? Дай угадаю… Ты художница? – с неподдельным интересом спросил он.

Эмма как-то слегка смутилась, опустила голову, посмотрев на свои колени, бросила на юношу быстрый взгляд из-под ресниц.

– Я всегда любила рисовать, – проговорила она, убирая упавшую на лицо прядь волос. – Стать художником – эт’ моя мечта. Ты даже не представляешь, сколько я разукрасила стен в Эн-Си!

– Зато я представляю, – фыркнул Калеб.

 – Когда мы были младше, то по ночам сбега?ли из дома, и Эмма разрисовывала стены баллончиком. У меня, по-моему, даже где-то была фотография, – Калеб опустился на колени возле своей тумбочки, открыл её, копаясь в ворохе журналов, бумаг, стопок тетрадей и прочего хлама. Ричард смотрел, как он бережно вынул маленький красивый блокнот в кожаном переплёте, открыл его, достав несколько фотографий, слегка нахмурился, взглянув на первую, и быстро её спрятал, будто бы, не желая, чтобы её кто-нибудь увидел, вторую же протянул Эмме.

– Помнишь эту фотку?

Эмма улыбнулась, аккуратно взяла маленькое фото в ладони, внимательно его рассматривая. Ричард с трудом подавил приступ любопытства, его живо заинтересовало, что было изображено на первом снимке, и почему Калеб так быстро его спрятал. Может быть, там было что-то из его старой жизни? Что-то, что он скрывал? Отогнав эти мысли, юноша подошёл к Эмме, нагнулся, через её плечо, всматриваясь в фотографию в её руках.

На ней была изображена сама Эмма на фоне стены, на которой во весь рост была нарисована невероятно красивая смуглая женщина с пышными волосами, повязанными большим алым бантом. Женщина смотрела из-под ресниц, таинственно манящим взглядом, словно заглядывала в душу каждому, кто на неё посмотрит. Совсем как живая, она улыбалась лукавой улыбкой. Эмма же сидела на земле, скрестив ноги и поставив на них локти, в мужском рабочем комбинезоне, явно ей не по размеру, с закатанными рукавами рубашки.

Рыжие, тогда ещё длинные, волосы собраны в неряшливый пучок, на щеке пятно от краски. Выглядела она сильно младше, чем сейчас, маленькая и угловатая, она была потрясающим художником по скромному мнению Ричарда.

– В тот день мы, кажется, убегали от полиции, – с теплотой произнесла девушка. – С Калебом всегда попадаешь в какие-нибудь истории.