Мир не вечен. Цикл книг: «Эйриния». Книга первая. Том III

– Кто-нибудь – помогите-е-е! – завопил тут сам Пик, стараясь выпутаться из пут «обожания» прекрасной мышки.

– Не пущу! Мой Тиран, пока сцена не будет сыграна до конца… – мертвой хваткой вцепилась в него Принцесса…

Тем временем Флагман, пребывая до того момента на месте и ведя непрерывный огонь по врагу, защищая вход в пристань, резко затих и стал поворачивать. При этом совершенно неожиданно, как для врагов, так и для своих.

Эсфирцы на собственном горьком опыте осознали, что им уже не прорваться через эту Огромную Преграду и отныне старались держаться на расстоянии.

Отброшенные батареей форта с прежних рубежей, они отошли назад и теперь вели обстрел Чудища Ренна. Но что могли сделать с металлической броней обычные деревянные стрелы и камни? Лишь помять его корпус – не более.

Тем самым оба Флота переключились с ближнего боя – на дальний. При этом никто из них не собирался сдавать своих позиций.

Эсфирцы обожглись не на шутку, и больше не предпринимали рискованных маневров.

Переформировавшись, их суда находились в постоянном движении, ведя оборонительный огонь по кораблям Ренна, которые не отплывали от границы пристани. Семарийцы прекрасно понимали, что в открытом бою им не выстоять против Флота Эсфира, и вся надежда возлагалась на Флагман, который держал всех врагов на расстоянии.

Но он был на пределе. Всё реже слышны были его залпы. Только ближние пушки то и дело вели огонь по кораблям неприятеля, чьи капитаны время от времени проверяли обороноспособность защитников…

– Эй, Пик, так мы не договаривались! – хотела было вскочить с места Ноча и прервать «любовные» утехи друзей, но её вовремя схватил за ногу Тош.

– А-ну не мешай им! – в свою очередь повалил мышку паренек. – Или ты забываешь – для кого был устроен сей Спектакль… – зашипел он ей на ушко.

– Но я… – запнулась черная мышка, оказавшись так близко к пареньку, что смогла уловить частое биение сердце, а также его томный обжигающий взгляд.

– Ноча, я… – поправил на девушке волосы мышонок, с каждой песчинкой утопая в её прекрасных золотистых глазкам без остатка.

– Тош, кажется, я тоже… – на выдохе прошептала малышка.

Сами того не замечая, их уста стали тянуться друг к другу, дабы скрепить свои предположения Клятвой Вечной Любви. Но в самый решающий момент, когда между ними оставалось не более волоска, тишину, на миг воцарившуюся в бухте, в клочья разорвал оглушительный залп с Флагмана Ренна.