Коридор

Держась на почтительном расстоянии, он обошел женщину, косо глянул на нее исподлобья, а там вместо живой крестьянки была тряпичная кукла в человеческий рост. Заковылял в два раза быстрее. «Вот это приход, – изумился Тору, – дозы сто лет не было, а глюки пришли, да еще какие!» Тряпичные жители были повсюду. Кто-то удил рыбу в крошечной речушке, кто-то замер возле загона с живыми пищащими цыплятами.

Тору припустил по улице, не разбирая дороги. Сквозь слезы, пот и сопли он едва мог разобрать дорогу, к тому же ему мерещилось, что фигуры за ним следят.

Быть может, злой дух заколдовал их когда-то и они ищут новый сосуд для жизни? Его тело вряд ли могло стать подарком для любой души, но букет озноба, рвоты, поноса, насморка и ломоты, возможно, и не остановит лишенных плоти духов.

С Атсуши он едва не столкнулся уже в самом конце поселка. Со страху Тору почудилось, что мастер тоже превратился в тряпичное пугало, но тот, заслышав звуки его суетных шагов, жестом велел успокоиться.

– Учитель, скажите, кто эти куклы? Есть ли тут вообще живые люди?

Атсуши со вздохом опустился на маленькую деревянную скамейку возле дома, вытер пот и, немного отдышавшись, наконец произнес:

– Это нинге.

Когда-то давно в этой деревне жило много людей. Они выращивали рис и честно трудились. Но их дети не захотели продолжать дело отцов. Их интересовали только машины и электронная техника и они уезжали в город в поисках другой жизни. Скоро в деревне остались одни старики, но и их век постепенно подошел к концу. Один за другим они уходили, чтобы воссоединиться с духами предков, и тогда мой учитель Морихэй сделал нинге. Сперва своей жены, затем брата. Потом, когда умер его друг, он снова сделал нинге и одел в одежду друга. Постепенно в деревне оставалось все меньше людей и все больше кукол.

– Я уж было подумал, что они живые. Со вчера ничего не употреблял, а глюки такие… Мне казалось, они наблюдают за мной.

– Тебе не казалось.

– Что это значит? Они всего лишь куклы, мастер.

– Морихэй делает их не просто так. В каждой нинге поселяется дух того, чью одежду она носит. Поэтому Морихэй живет тут. Он стережет их.

– А мы тут что забыли? – проворчал Тору, – или вы считаете, что мои дни сочтены и пора сделать еще одну куклу, одеть ее в мою одежду?

Атсуши пропустил его дерзость мимо ушей: выглядел парень неважно.

– Тут хороший воздух и нет твоей отравы, – сухо ответил он и добавил немного погодя: – Нинге не позволят тебе сбежать.