Коридор

Рядом с ней был аккуратно завязанный мусорный пакет, немного поодаль на суку болтался черный галстук.

Тору замер. Только страх заблудиться удерживал его на месте.

А мастер призраков не боялся. Он снял галстук, отцепил пришпиленную к его оборотной стороне записку и, невозмутимо щурясь, приступил к ее изучению.

– Что там, Атсуши-сан? – спросил Тору, все еще стоя на границе между поляной и лесом.

Учитель ответил не сразу. Он подошел к палатке, позвал кого-то неслышно по имени, затем распахнул ее и сразу закрыл.

– Оправдания, – обратился он к Тору. – Идем, у подножия отправим записку его близким и вызовем полицию.

Они вернулись на тропу и долго молчали. Тору все вспоминал табличку с номером телефона. Наконец, тишина снова заставила его открыть рот.

– Как думаете, Атсуши-сан, почему тот человек, кем бы он ни был, не позвонил на горячую линию? Почему выбрал смерть?

– Иным умереть проще, чем поговорить с живыми, – процедил сквозь зубы учитель, – это все ваши устройства. Телефоны, компьютеры… Люди перестали общаться и сходят с ума поодиночке.

– Но Вы сказали, у него есть кто-то?

– Что толку, если он сам от них отдалился?

– Вам совсем не жаль его?

– С чего бы? Он сделал свой выбор. Пусть и паршивый.

И они опять умолкли, присоединившись к вечно скорбящему лесу. Легкий ветерок разворошил туман, но тропинка разнообразием видов не баловала: корни, камни, листья и деревья, деревья, деревья… Единственное развлечение – гадать, какая сила их так покорежила.

Впрочем, еще в лесу были грибы и один из них был знаком Тору. Как-то приятели накормили его мухоморами, но в тот день было столько всего, что подробностей он уже не помнил. Знал лишь, что от этих красноголовиков можно словить глюки.

Он замедлил ход, разглядывая один особенно крупный экземпляр и тут же получил затрещину.

– Хочешь присоединиться к тому несчастному?

– Да от одного гриба… Я не собирался, просто смотрел… Вы правы, мастер, – сдался он и до самого начала красной тропы на посторонние предметы не отвлекался.

– Присядем, – скомандовал Атсуши, когда дорога стала брать вверх.

Он снял походный рюкзак на завязках, достал скатанное в рулон покрывало и не спеша расстелил на замшелой скамейке, едва отличимой от поваленного дерева.

Учитель не выказывал признаков усталости, но у Тору хватило такта не расспрашивать о причине остановки. «Распределяет силы, – с уважением предположил он. – Все-таки есть преимущества в старости.