Ловец снов

Его престарелая округлая фигурка с намёком на упругие мышцы, выделывала такие пируэты, что брала зависть и гордость за нашу доблестную полицию. Кроша в пыль из табельного «макарова» всё, что попадалось ему на пути, он своим телом прикрывал довольно симпатичную особу, то и дело кидавшую на героя удивлённые взгляды. Пока в наших рядах такие, как Селин, то простым гражданам бояться уже нечего – преступность не пройдёт! То ли под действием каберне, то ли от удачных действий самого Селина, как-то отпустило и согрело.

Где-то глубоко в недрах желудка, противно урчала недопереваренная желудком соевая варёнка. От очередной умопомрачительной погони на голубом экране стало как-то укачивать и чтобы совсем не укачало, пришлось отвлечься на осточертевшие, но ставшие родными образы. Три богатыря в одеждах Иуды стояли пред ним по стойке «смирно» и ждали своего приговора. Виктор, словно Штирлиц, перекладывал с места на место их нарисованные на бумажках лица и проводил сравнительный анализ каждого, словно зачитывал им приговор суда. Первым по росту шёл Медведь. Натура сильная, но вспыльчивая по любому поводу. Узнав о своей отставке с поста любовника, вполне мог в порыве злобы за нанесённую ему обиду и унижение, запросто сломать шею хрупкой женщине. Сломать – да. Но не зарезать, как курицу. Хотя не факт. В данном случае применённый им нож, мог вполне отвести от него подозрения. Злополучное кольцо так же могло стать внешним раздражителем, и убийство могло произойти по инерции, в силу воровских привычек. Отсюда вывод – Медведь мог убить Пушкарёву. Мысленно Виктор отложил листок бумаги с физиономией Медведя вправо от себя.

Следующим был Сидор. Наглый и циничный карманник. Ему было абсолютно наплевать, у кого он резал кошелёк, будь то сопливый юнец или пожилая старушка с копеечной пенсией. Жалости не было ни к кому. За личиной мнимой любви к своим родителям, которых выжил из собственного дома и отправил жить в сарай на окраине небольшой деревни, скрывалась жестокая, и расчётливая сволочь.

Свои грязные помыслы он скрывал под маской вечно несчастного и убитого горем лошка. Жадный до чужих денег и неразборчивый в средствах для их получения, он мог вполне убить Пушкарёву, увидев перед глазами дорогой бриллиант. Мог, но по не писанным воровским законам, карманники никогда не носили при себе никакого оружия, кроме остро заточенной монеты и редко кого убивали за деньги – это не их профиль.