Бизнесмен

Глеб отдал журнал, в который были вложены деньги, парень достал из пакета портфель, в котором я сразу признал вещь, принадлежавшую Кушнеру. Отдавать пакет парень пожадился. Сложил его несколько раз, убрал в карман куртки. На прощание протянул Глебу руку. Я представил, каких усилий тому стоило наступить на горло брезгливости и не заехать наглецу в рожу. Ничего, еще будет возможность!

Расстались. Парень нырнул в метро, Глеб не спеша закурил, начал спускаться по ступеням. В кармане Цыгана пискнула рация: разведчики доложили, что приняли парня под наблюдение.

– Они не упустят, – заверил меня Лев Валентиныч.

Неожиданно возле машины появился Рамис. Распахнув дверь, плюхнулся на сиденье рядом со мной. Я видел, что он с трудом сдерживает раздражение:

– Ну что, решили с мальчиком поиграться? Давайте неделю за этим обсосом ходить! Узнаем много полезного. Например, у кого он «герыч» берет. Вы видели его харю? А я близко подходил, видел! Там «двести двадцать восьмая» поперек лба написана![2 - «Наркоманская» статья Уголовного кодекса.

Разведчики доложили, что находятся на станции «Гостиный Двор», переходят на Московско-Петроградскую линию. После этого связь прервалась.

– Поехали потихоньку, – приказал я. – Вот будет прикол, если он выйдет на «Пионерской».

Он вышел станцией раньше, на «Черной речке». Мы с Цыганковым обменялись взглядами: «Неужели он как-то связан с Ольгой?»

– Ленинград – город маленький, – вздохнул Цыганков.

По дороге я тщательно осмотрел Мишкин портфель. Он был полон бумаг. Часть их действительно касалась отъезда в Израиль. Другие относились к деятельности нашего холдинга, но никакого интереса для конкурентов не имели. Определить, все ли на месте, не представлялось возможным. Замки были вскрыты самым варварским способом – их просто вырвали с мясом из крышки, и они болтались теперь на тонких лоскутах кожи.

Разведка снова вышла на связь. Парень вошел в высотный дом недалеко от метро.

– Ждите, – приказал Цыганков, пряча рацию.

Мы заехали во двор дома и остановились. Чуть позже рядом с «нексией» затормозил джип. Такси осталось на улице. Рамис сел в нашу машину, рядом со мной, и велел Глебу:

– Иди покури.

Глеб вылез. Цыганков, лихорадочно что-то обдумав, выскочил следом за ним. Рамис, глядя на это, язвительно усмехнулся, но промолчал.