С пылью в глазах

Беспокойство управляло им, в голову стало подключаться всё больше дурных предчувствий, которые просили антилопу слезть с сидения. В определённый момент он подумал над хитрой уловкой, что тигрица могла совершить – отвести его в место, где будет стоять группа оперативников в полной боеготовности.

Заняв все доступные места, пара двинулась в путь. Фланнаган вцепился в раму перед собой, старался не двигать педали, чтобы не потерять равновесие. Только после нескольких десятков метров антилопа стал помогать девушке в движении, ускоряя велосипед медленными поворотами рычагов под ногами.

Ему казалось, что тандем в любом случае рано или поздно окажется на земле. Езда была ровной, девушка чувствовала движение и старалась сглаживать углы, но каждый поворот руля заставлял сердце Хегли прыгать от испуга.

– Теперь отпускай руки! – крикнула она.

– Нет! – сразу же ответил парень, крепче сцепив ладони. – Мы грохнемся!

– Ниже земли не упадём!

Отпускать обе руки антилопа не стал. Одной он крепко вцепился в металлическую основу велосипеда, а другой, выставив в сторону, старался ухватиться за воздух.

Мишель разгонялась всё быстрее и быстрее – она получала несравненное удовольствие от обдувающего её мордочку ветра, от чувства скорости.

Управление тандемом входило в список сложнейших умений для каждого, кто садился за руль впервые. Для Ярвинен вождение двухместного велосипеда не вызывало сложностей, она с лёгкостью маневрировала рядом с прохожими зверьми, успела рассмотреть каждый аттракцион и шатёр и поприветствовать проезжающих мимо других велосипедистов приветливым кивком.

Задача Фланнагана была проще – держаться и крутить педали, но если первое ему удавалось с особым успехом, то разгонять велосипед ему не хотелось на уровне инстинкта самосохранения.

Он пытался отвлечься от движения и оглядеться. Темневший от наступления ночи парк пытался завлечь посетителей яркими огнями, которыми покрывалось практически всё. Растянутые через фонарные столбы и деревья гирлянды образовывали сеть над головами.

Даже дорожная плитка переливалась всеми цветами спектра от висевших на фонарных столбах ночных проекторов.

Хегли впервые оказался в столь ярком и праздничном месте, его заворожённый взгляд цеплялся за всё, мимо чего проезжал велосипед. Перед глазами проносились пятна и полосы от длинных гирлянд, на фоне которых была кромешная ночь.

Импала и не заметил, как отпустил руки, случайно доверясь мастерству Мишель.