Кто есть who, или Почем фунт лиха?

Такие деньжищи вбухали в её создание, а теперь её, вроде бы даже, собираются затопить! О, как!

– Геннадий Станиславович, – мученически вздохнул Березинцев, – какая станция? Какой, к чёрту, «Мир»?!! Зарплату отдавали бы нам вовремя, а то, как бы, ноги не протянуть…

– Всё верно! Точно! – запальчиво подхватил библиотекарь. – С зарплатами – вообще, полное безобразие! Вон, в Москве шахтёры уже который день стучат касками на Горбатом мосту. Слушай, а может и нам, всем колхозом, вот так же, как и они, потребовать свои кровные? А то, вон, тоже задержки по месяцу и больше начались!

– Хорошо, я согласен.

 – Андрей обречённо кивнул. – Сейчас возьму свою мотоциклетную каску, мы с тобой пойдём к конторе, и будем там по очереди стучать… Только мне сначала надо бы зайти домой поужинать, а то сегодня я ещё и не обедал. Ну, а уж потом – да, пойдём, постучи-и-и-м…

– Ой, извини, Андрей Васильевич! – засмущавшись, спохватился Поддавалов. – Говоришь, ещё даже не обедал? Но… Понимаешь… Душа-то кипит! Ой, что творится, что творится… – скорбно повторил он, уходя в густые сумерки.

Когда Березинцев вошёл в дом, ему навстречу из залы вышла Ольга. Она окинула мужа сердитым взглядом и иронично поинтересовалась:

– Что, уже в третий раз разогревать?

– Если не затруднит… – устало ответил Андрей, протирая руки ватным тампоном с дезраствором.

– У Хахарнова, и в самом деле, что-то серьёзное? – зажигая конфорку газовой плиты и, принюхиваясь к едковатому запаху спиртово-альдегидной фракции, спросила Ольга.

– Похоже на то… – Березинцев пожал плечами.

 – По некоторым признакам – как бы, даже, сибирка. Случай, вообще, непонятный. Ну, я на всякий случай наказал Хахарнову, чтобы ливер он отвёз в лабораторию – мало ли чего?

– Ой, Андрюха, наживёшь ты себе беды с этой своей дурацкой работой! – в голосе жены звучала нешуточная тревога. – Не дай бог, посадят. Кстати, два раза тебя уже пытались отправить на нары. Как бы в третий раз не сбылось! И что я тогда одна буду делать? Трое детей, да мои старики – тоже, как дети малые… На что жить-то будем? На мои копейки, да на их «министерскую» пенсию?

– Не посадят… Всё будет нормально! – заверил Березинцев, мысленно поймав себя на том, что внутренне в этом вдруг и сам засомневался.

* * *

Глава 2

Опаснее всего те злые, что не совсем лишены доброты

(Франсуа де Ларошфуко)

Утро следующего дня началось вполне позитивно. Прибежав часу в шестом на колхозную ферму (Андрей числился на полставки ещё и и.о.