Космос-2020

Непрофессионалы разных рас ищут здесь секс без обязательств; четверть часа назад меня посетила самка вашего вида с такими же консервативными взглядами: только с человеком, причём земного типа. Странная самка, да. Я ей прямо сказал, что вероятность близится к нулю, и тут появляетесь вы. Удивительно, правда?

– Значит, страшная или дура. Я не только консерватор, но и немного поэт с чувством вкуса…

– Любопытно, – прозвучало за спиной, – прочтёшь что-нибудь?

Я обернулся.

Она была именно такого роста, какого надо.

И без всякого генетического анализа ясно: женщина Земли.

Планеты, которой нет.

* * *

Но время есть.

Возьми мою ладонь,

я покажу, что звёзды – не огарки,

Тобою очарованные кварки

станцуют нам задумчивый бостон.

Пока живу – люблю, отвергнув тлен.

Пока люблю – дарю Вселенной шансы;

галактики кружат в игривом танце,

подолы задирая до колен…

– Красиво. Ты и вправду поэт.

Нежные лепестки её пальцев скользят, словно исследуют незнакомый материк.

– А ты помнишь небо?

– Да. И траву. И птиц.

– Счастливчик, – лёгкий, как весенний ветер, вздох, – а я – нет. Совсем маленькой была. Но вот воздух…

Да!

Я дышал всякими смесями и суррогатами: теми, что закачивают в баллоны скафандров, и теми, что наполняют корпуса кораблей. Я даже побывал в Музее Миров Империи; но трава там была из адаптированного пластика, пластмассовые птички пели на пластмассовых ветвях, и воздух такой же искусственный. Хотя состав газов выдержан до сотых долей промилле, не было главного – Запаха Земли.

Наверное, потому что его не существует нигде, кроме моей памяти. И, оказывается, её памяти – тоже.

– Счастливчик.

– Да. У меня есть воспоминания. И даже есть Мечта.

Тут я прикусил язык. Рано. Может, потом. Спросил:

– Как тебя зовут?

– Зачем? Мы больше никогда не встретимся.

– Ну почему же?

Я, солдафон, «равнодушный убийца» и «продажный берсерк», замер дольше, чем на секунду. И повторил:

– Почему же? Знаешь, я давно живу, многое видел.

Смешок в темноте.

– Ты – лучшее, что было со мной, – сказал я.

Влажный поцелуй. Вздох.

– Нет. У меня слишком странная жизнь, я ничего не могу обещать тебе. Я и себе-то ничего не могу обещать.

– Подожди! Давай обсудим.

– Я в душ. Вернусь, и обсудим.

Я слушал, как она шлёпает босиком, как шуршит одеждой. Как льётся вода, омывая её кожу – нежную, гладкую. Горячую.