Чемпион

Куда вели эти рельсы? Из чистого поля к разрушенной церкви, в которую упиралась Большая Советская?

Справа и слева от нас стояли два одноэтажных барака. Они выглядели прилично: чистые стены, целые стекла, по три машины у входа, среди которых даже затесалась какая-то иномарка неизвестной модели…

Я увидел Ингу. Она сидела перед окном и грустно смотрела на нас, подперев голову кулачком. В косынке и светлом платье она напоминала сельчанку, присевшую отдохнуть после утренней дойки и помечтать о женихе.

Я кинулся к дому.

Инга вскочила, прикрыла рот рукой и бросилась от окна к двери комнаты.

Мы встретились в коридоре барака. Не давая ей ни слова сказать, я схватил ее, крепко прижал и принялся целовать. Сначала она неуверенно замерла, а потом жарко ответила на поцелуи. Косынка скользнула по ее волосам и упала к нашим ногам. Когда мы наконец оторвались друг от друга, у меня кружилась голова.

– Я знала, что ты приедешь ко мне…

– То же мне, нашла куда спрятаться!

За моей спиной деликатно кашлянул Кушнер.

Инга вздрогнула, улыбнулась и сказала ему:

– Привет, Миша. Что ж мы в коридоре стоим? Пошли в комнату. – Подобрав упавшую косынку, Инга первой направилась к белеющей в полумраке коридора двери.

Из соседней комнаты выглянул лысый мужик в зеленой офицерской рубашке.

– Здрасте! – сказал я ему. Он не ответил, пробормотал что-то сквозь зубы и скрылся за своей дверью, громко лязгнув задвижкой.

– Не обращайте внимания, – сказала Инга, останавливаясь на пороге и пропуская нас с Мишей вперед.

Я огляделся. Комната была крошечной, меньше, чем кухня в нашей с мамой квартире. Один угол отгораживала полосатая занавеска, за которой, судя по проступающим сквозь нее очертаниям, висела одежда. Кровать с пружинным матрасом, стол у окна и два венских стула занимали почти все свободное место. В КПЗ, где я имел честь отбывать трое суток, было намного просторнее.

– Садитесь, – предложила Инга, комкая в пальцах косынку.

Я плюхнулся на кровать. Матрас взвизгнул и провис почти до самого пола.

Кушнер сел на краешек стула. Инга осталась стоять, глядя то на меня, то на Мишку.

– А где твоя родственница?

– Она в Ленинград поехала, кое-что из продуктов купить. Наверное, завтра вернется.

– Наверное?..

– Раз сейчас не приехала, то, значит, завтра. Сегодня автобусов больше не будет.

– То есть нам до завтра отсюда не выбраться?

Инга внимательно посмотрела на меня и молча кивнула.

Я обдумал сложившееся положение.