Чемпион

– Правильно? Я ничего лишнего не придумал?

– Правильно.

– Тогда вон там, под текстом, напишите: «С моих слов записано верно и мною прочитано».

Мне показалось, что я расписываюсь в своем приговоре.

После этого Петр Сергеич пригласил из коридора понятых, и мне предъявили для опознания несколько фотографий.

– Посмотрите внимательно, не торопитесь. Может, узнаете кого-то из изображенных здесь лиц.

Сказав это, следователь демонстративно отвернулся, а Цыганков и Петр Сергеевич, наоборот, придвинулись ближе и так вперились в меня тяжелыми взглядами, что, кажется, читали мои мысли насквозь.

Я вздохнул и указал пальцем одну фотографию:

– Вот этого я, кажется, где-то видел.

– Где? – Петр Сергеевич уронил на стол пепел от папиросы.

– Надо подумать… – Я еще раз вздохнул, чувствуя, что капитально загоняю себя в угол. – В «Сказке» он был, на прошлой неделе.

Короткие черные волосы, прямоугольное лицо с высокими скулами, горящие глаза комсомольца времен строительства Днепрогэса… Даже куртка, насколько можно было судить по некачественному черно-белому снимку, та же самая, которую он оставлял в гардеробе кафе: джинсовая «варенка» на молнии, с накладными карманами, погончиками и широким воротником.

– Ну вот, а говорил, не знакомы. Это ж Добрынин и есть! – усмехнулся Петр Сергеевич.

Следователь недовольно поморщился, но ничего ему не сказал, а мне протянул небольшой календарик, чтобы я мог уточнить число.

– Во вторник он приходил, около девяти. – Я подчеркнул ногтем нужную дату.

– Поподробней, пожалуйста.

– Ну, я в кафе был.

– С кем?

– Один. Договорился с девчонкой встретиться, но она не пришла. Мы на полдевятого договорились… А этот, Добрынин, где-то в девять нарисовался. Я все время на двери смотрел, поэтому его и запомнил. У меня вообще на лица память хорошая. Ну, он тоже себе пиво взял и закуску какую-то. Сел за столик, просидел там часа два, потом ушел…

После ухода Добрынина осталась на три четверти полная кружка и совершенно нетронутая тарелка с комплексной закуской, которая в обязательном порядке навязывалась всем зашедшим выпить пивка.

– И вы с ним не разговаривали?

– Нет.

Пока следователь записывал мои показания, Цыганков и Петр Сергеевич отошли к окну и стали оживленно совещаться. Кое-что долетало до моего уха, и я смог сделать вывод, что рассказанная мной история подтвердила имеющиеся в их распоряжении данные.

Следователь закончил писать, отпустил понятых и достал новые бланки.