Нежить 2. Спасение

– Неа, а тебе что – звонил?

Макс перешагнул через ржавую рельсу давно заброшенной железнодорожной ветки, полукругом опоясывающей довольно большой массив частной застройки, именуемый в народе «САД №9».

Он не знал, что ответить брату.

Странный вечерний звонок, прозвучавший часов в девять, уже после того как последний сигнал отбоя возвестил о конце дня и они с пацанами своего отряда собрались на прощальную вечеринку, выбил его из колеи. Он не мог припомнить, чтобы отец употреблял спиртное в таких количествах, чтобы заплетался язык и речь превращалась в набор несвязных слов.

– Макс… Максим, это ты? – прозвучал голос в вечерней тишине, нарушаемой стрекотом сверчком и едва различимым девичьим смехом. – Ничего не отвечай. Внимательно меня послушай. Очень внимательно, сынок. Это очень важно…

Макс прижал трубку к уху.

Отец говорил растянутыми словами, обрывая их на концах – так говорят очень нетрезвые люди. Голос его звучал глухо, неестественно. Макс только что перелез через перила балкона первого этажа двухэтажного корпуса детского лагеря и остановился, застигнутый звонком врасплох.

Огромная красноватая луна всходила над сосновым бором и Макс, вслушиваясь в хриплый отцовский голос, зачарованно уставился на нее. Он думал о том, что Настя, девушка, с которой он тут познакомился, может не дождаться его, пока отец пытается ему что-то сказать. Что-то очень бессвязное и очень бредовое.

– Завтра… когда вы вернетесь в сад… слушай… не верь тому, что ты увидишь. Не верь, понял меня? Повтори! Повтори! – с нажимом сказал отец.

– Не верь, – пробурчал Макс, тому, что я увижу.

– Верно. Даже мне не верь. Все будет не таким, все будет другим.

– Папа… ты про что вообще? У тебя все хорошо?

– Да… то есть… не совсем…

– Папа…

– Андрей все расскажет маме, – словно против его мысли, сказал вдруг отец. – Поэтому я позвонил тебе.

Макс почувствовал легкое поглаживание гордыни, он постоянно соперничал с братом, пытался хоть в чем-то опередить его, но недосягаемый Андрей лишь посмеивался.

А тик-ток, в котором зависал Макс, и вовсе считал приложением для тупых и недалеких детей.

– Да… пап…

– Ты не должен показывать виду, что тебе о чем-то известно. Не пытайся меня спрашивать о чем-то. Я вряд ли завтра вспомню о нашем разговоре.

– Па-ап…

– Не перебивай. У меня очень мало времени.

Макс невольно взглянул на Луну, которая словно огромное кровавое блюдо повисла на небосклоне, гипнотизируя окрестности немигающим взором. Он поежился.